Ева. Зов полуночи

Я попыталась сесть, но тело затекло настолько, что без помощи Алекса у меня бы это не получилось.

Зашипела.

Видимо, уснула, привалившись к сводному, и он уложил меня себе на руки. Я вчера так устала, что даже откровения Алекса и Захара не взбудоражили нервную систему настолько, чтобы продержаться до утра. А может, это все еще действовал транквилизатор? Гадость редкостная!

— Прости, что-то никак не могу прийти в себя, — я потерла лицо руками и пригладила волосы.

Алекс продолжал придерживать меня за талию.

— Ничего. Доберемся до дяди Гордея и отдохнем. А вечером отправимся домой. Отец попросил немного времени, чтобы разобраться с твоими похитителями и обезопасить поместье.

Я посмотрела на сводного, на его голый торс и невольно провела по нему рукой.

— Тебе не холодно?

— Я закалённый, — усмехнулся он, повел затекшими плечами и скосил на меня хитрый взгляд. — Не то что некоторые маленькие котята.

Мне и правда было сейчас зябко даже в куртке Захара, в которую я куталась. Но это не повод надо мной издеваться.

Я высвободилась из его объятий, хотела ответить что-то резкое, но вспомнила, что последние часы спала именно на этом теплокровном, и решила не зубоскалить. Только фыркнула и пошла искать кустики. Естественные надобности еще никто не отменял. И наткнулась на грустно-задумчивый взгляд Захара.

— Что?

— Да так, повезло Алексу.

— Не поняла, — я не уловила в его словах логики.

— Не бери в голову, — криво усмехнулся друг. — Иди куда шла. У тебя пять минут.

…Из леса мы вышли не на привычную асфальтированную дорогу, а на утрамбованную землей.

Хотя не просто землей… Я всмотрелась повнимательнее. Она что, укреплена ветками?

— Что это? — я ткнула пальцем себе под ноги.

— А ты хотела здесь асфальт увидеть? — усмехнулся Алекс. — Раньше дороги укрепляли фашинами — связками хвороста — и утрамбовывали песком. В городе будет брусчатка, но дотуда еще нужно дойти.

Мы дружно посмотрели вперед, и я поняла, что раньше лес занимал гораздо большую площадь, чем сейчас.

До меня дошло и то, что сам город был меньше, а значит тащиться нам по проселочной дороге еще час. Но погода была хорошей, по-летнему солнечной и теплой, а утренняя свежесть только добавляла бодрости, поэтому, несмотря на неудобные ботинки, шагалось легко."

"А еще удалось обдумать то, что я узнала вчера о Захаре. Почему-то об этом думалось охотнее, чем о том, что мы находимся в странном закольцованном мирке, в котором легко застрять на всю жизнь.