Этот мир не выдержит меня. Том 5

Обстоятельства непривычные, но ситуация, в общем-то, знакомая. Сейчас, по идее, должен состояться доклад — три чётких строевых шага, ладонь к виску и набор скупых казённых формулировок. Однако здесь явно царили другие порядки.

На меня смотрели сотни глаз. Смотрели требовательно и выжидающе. Я, разумеется, был не в курсе местных обычаев, но в такие моменты хорошо работает золотое правило искушённого туриста — не знаешь, как действовать, повторяй за «аборигенами».

Выждав пару секунд, я тоже вскинул оружие над головой.

Острия трезубца пронзили темноту, будто бы угрожая чёрным ночным небесам. Чутьё подсказывало, что Лэйла, Фольки и даже невидимый для всех Дру-уг, восседавшие на Усаче за моей спиной, сделали то же самое.

Ответом послужил слитный вопль — что-то среднее между пронзительным волчьим воем и привычным для меня криком «Ура!». Орали все. И Марк, и бойцы, и Лэйла с Фольки, и даже Эльза с Тори, не удержавшись, присоединились к общему веселью.

Я тоже не остался в стороне. Диафрагма задрожала от напряжения, в груди разлилось приятное тепло, а дыхание спёрло от какого-то чистого, почти детского восторга.

Уверен, остальные сейчас испытывали похожие чувства.

Настоящее единение. Что-то подобное, только в тысячу раз сильнее, ощущали «пальцы»…

Мы кричали почти полминуты. Звук отражался от каменных стен, и если в городе ещё оставались те, кому повезло заснуть, то сейчас они все повыскакивали из своих кроватей. Впрочем, нам было на это совершенно плевать.

Марк опустил меч.

Площадь перед трактиром снова погрузилась в тишину, а собравшиеся заметно расслабились. Кто-то повёл плечами, кто-то шагнул в сторону, а кто-то негромко рассмеялся.

Все эти незаметные на первый взгляд детали «разрушили» строй. Теперь передо мной стояли просто люди, а не готовые ко всему бойцы. «Парад» закончился.

— От тебя одни проблемы, Феликс, — хмуро сообщил охрипший от крика Марк. — Из-за тебя меня вытащили из тёплой кровати…

Несмотря на напускную строгость, он был рад меня видеть.

Впрочем, ничего удивительного — моё появление решало целый ряд возникших у разведчика трудностей. И с сомнительной «легитимностью», и с планированием дальнейших действий.

— Соболезную, — хмыкнул я. — И тебе, и Барталомее.

Судя по едкому запаху химикатов, смешанных со сладким ароматом женских духов, Марк не терял времени даром и успел обосноваться в постели нашей общей знакомой.

— Не понимаю, о чём ты, — разведчик спрятал смущение за кривой усмешкой.