Это не любовь

Он сразу узрел Юльку и снова стал крутиться рядом, норовя примкнуть ближе и ближе. Юлька, чтобы не выглядеть пугливой овечкой, отходила от него плавно, будто двигаясь в танце, пока не смолкла музыка.

– Ну что, пошли к нашим молчунам, – позвал Максим.

90

Анварес и Алёна действительно так и хранили безмолвие."

"Но если Алёна просто молчала, то на Анвареса жутко было смотреть. Губы плотно сжаты так, что скулы заострились. Чёрные брови сведены к переносице. А в глазах полыхала обжигающая ярость.

Юльке аж не по себе стало от такого его взгляда.

Ни на чьи вопросы Анварес не отвечал, на слова не реагировал, и казалось, что он держит себя в руках из последних сил и вот-вот его прорвёт. И тогда – всем не поздоровится. Ну, всем-не всем, но ей-то – точно.

Это нечеловеческое напряжение передалось и Юльке, так что сидела она рядом с ним, как на иголках. И спросить его, чем он так рассержен, при Алёне с Максом не решалась. И чувствовала себя совершенно по-дурацки.

Уединившись затем в уборной, написала ему смску:

«Что-то не так? Вы на меня злитесь?».

Но он не ответил.

В смятении она направилась назад, решив про себя, что спросит тогда в лоб, почему он так гневается. Но по пути её вновь перехватил тот чернявый:

– Куда так спешишь, моя хорошая? Пойдём ещё потанцуем?

– Натанцевалась уже, спасибо, – Юлька попыталась высвободить локоть, но «чернявый» не отступал.

– У-у, как скучно… А у меня для тебя сюрпри-и-из. – Он многозначительно улыбнулся и поднял указательный палец вверх.

Местный ди-джей, который прежде молчком менял композиции, тут вдруг объявил:

– А следующая песня прозвучит для очаровательной девушки Юли. Это музыкальный подарок от Руслана, который от тебя, Юля, просто без ума!

И полилось:

""Твои карие глаза, твои сладкие уста…""

– Танцуем? – довольный он потянул её за руку в сторону танцпола.

– Говорю же – нет. Спасибо, конечно, но не хочу. Да отпусти ты! – Юлька высвободилась.

Руслан вновь потянулся к ней, она шагнула назад и тут же ощутила, как кто-то крепко сжал её руку чуть выше локтя.

Анварес, не выпуская руки, потащил Юльку на выход, словно провинившегося ребёнка.

– А с ними попрощаться? – залепетала она, семеня за ним следом в тесный и прокуренный холл.