Это любовь

А возможно, даже как-то разнообразит жизнь. Ты у меня такая красивая… Не скрывай, тебе понравилось трахаться, когда он подсекал за нами.

– Вам предстоит поменяться местами, – отбила аргумент мужа Альбина.

– И что? Я же сказал, что тебе не придется проходить через это одной. К тому же пацана надо будет поставить на место. А то что-то его несет…

– Аркаш, но ведь я не смогу… – сглотнула Альбина, пожалуй, только сейчас осознав неизбежность того, что они обсуждали. Телом прокатилась волна острой колючей дрожи.

– Я буду рядом.

– Я не знаю. Мне нужно время…

– Ожидание смерти – гораздо хуже ее самой.

– Скажи, что ты меня по-прежнему любишь, – в отчаянии взмолилась Аля. Ее обуревали два диаметрально противоположных чувства. С одной стороны, она еще никогда не ощущала себя настолько беззаветно любимой. Понять, чего Аркаше стоило это решение, было нетрудно. С другой – Альбина никогда в нем там сильно не сомневалась. Ведь… В голове не укладывалось, что любящий мужчина может согласиться разделить свою женщину с другим.

– Я тебя люблю. Я так тебя люблю, девочка.

– Пообещай мне, – взмолилась Аля. – Пообещай, что ничего не изменится.

– Конечно, нет. Что может измениться? Мы же оба понимаем, зачем это делаем.

– Понимаем ли?

– Да, – уверенно кивнул Мудрый.

– Аркаша!

– Я на восемнадцать лет старше!

– И что?! Мы не можем заглядывать так далеко. Нет никаких гарантий, что он не переключится на девочку помоложе! Ему двадцать пять, господи, о чем ты говоришь?!

– Мы можем сделать так, что он никогда не пойдет против, как бы не повернулась жизнь.

– Каким же образом? – прохрипела Альбина.

– Есть масса вариантов.

Что-то Але подсказывало, что ее муж все же имел в виду какой-то конкретный.

Неизбежно встали вопросы – а стоит ли оно этого в принципе? Злость не дала сказать нет. Злость подталкивала еще и не на такие подвиги. Дурацкая жажда справедливости в мире, где справедливости отродясь не было!

– Мама! – в кабинет ворвалась Акулина.