Это любовь

Как-то невыносимо… Впервые за все время Альбине захотелось сбежать. Не контролируя собственных эмоций, вообще не в силах их обуздать, она даже дернулась, чтобы встать. Но Аркадий рывком вернул ее обратно:

– Ты куда это собралась?

– Аркаша! – дыхание сбилось. Она не понимала, что с ней происходит. И это непонимание страшно ее нервировало.

– Самое интересное пропустим… Сейчас.

Мудрый нажал на перемотку, когда Савва вошел в девицу, поставив ту на четвереньки.

– Вот…

Картинка резко сменилась. Номер наполнился людьми в форме.

– Хорошо держится, да? Я боялся, как бы малыш не начал оказывать сопротивление. Но он все-таки перенял от меня больше, чем от родителей.

Альбина сглотнула.

– Ты можешь мне объяснить, что происходит?

– Жизненный урок? – улыбнулся Аркаша, погладив жену по скуле большим пальцем. Аля сощурилась. Картинка потихоньку вырисовывалась у нее в голове. Довольно пугающая картинка. Впрочем, она давно разучилась бояться.

– Не слишком ли жестокий урок, Аркаш?

– Нет.

– К тебе?

– Конечно. Мальчику нужно как можно скорее усвоить, что на этой земле я единственный человек, на которого он может рассчитывать, и проникнуться благодарностью. Ты же сама говорила, что иначе мы не сможем ему доверять.

– Да, но я все-таки не понимаю, Аркаш. Вы же добились взаимопонимания. Зачем… так?

– Как?

– Зачем ты… Ты же его подставил? – Альбина, конечно, себя контролировала и старалась не рубить сгоряча, но вот ее голос все равно дребезжал.

– Лучше я, чем Зарубин. Тебе не кажется? Как думаешь, сколько бы им понадобилось времени, чтобы взять его за жопу? День? Два?"

"– То есть ты действовал на опережение? – напряженно поинтересовалась Альбина, вглядываясь в лицо мужа.

– В каком-то смысле. Считай, мальчик проходит интенсив по обучению реалиям ведения бизнеса в нашей стране.

– Это очень жестоко.

Губы Альбины дрогнули. Нет, с одной стороны, она понимала мотивы мужа. Это было действительно лучше, чем если бы до Саввы добрались конкуренты.

– Я попытался объяснить на словах, как будет. И что? – дернул крыльями носа Аркаша.