Этюд в багровых тонах. Приключения Шерлока Холмса

Грузно опустившись в придвинутое мной кресло, он проговорил:

– Не знаю, за что я так жестоко покаран. Всего лишь два дня тому назад я был счастливым преуспевающим человеком, свободным от забот. А теперь я опозорен, и впереди у меня одинокая старость. Беда не приходит одна. Моя племянница Мэри меня бросила.

– Бросила вас?

– Да. Постель ее не была расстелена, спальня пуста, а на столике в холле лежала вот эта записка. Вчера вечером я сказал ей – с горечью, но без тени гнева, – что, выйди она за моего мальчика, с ним ничего плохого бы не случилось.

«Дорогой дядюшка,

понимаю, что навлекла на вас беду. Поступи я иначе, этого страшного несчастья не случилось бы. Мысль об этом не позволит мне чувствовать себя под вашим кровом счастливой, как прежде, и поэтому я должна покинуть вас навсегда. Не тревожьтесь о моем будущем: оно обеспечено. Но самое главное, не ищите меня, это напрасный труд и причинит мне только вред.

Остаюсь до последнего вздоха неизменно любящей вас,

Мэри».

Что означает эта записка, мистер Холмс? Нет ли здесь намека на самоубийство?

– Нет-нет, ни в коем случае. Быть может, это и есть наилучший выход из ситуации. Я склонен думать, мистер Холдер, что конец вашим испытаниям не за горами.

– Да что вы говорите, мистер Холмс! У вас какие-то новости? Вы что-то разузнали? Где бериллы?

– Тысяча фунтов за каждый не покажется вам чрезмерной суммой?

– Я готов заплатить вдесятеро больше!

– Это ни к чему. Трех тысяч вполне достаточно.

Изумленный банкир выписал чек. Холмс прошел к письменному столу, достал из ящика золотой треугольник с тремя драгоценными камнями и кинул его на стол.

Наш клиент с радостным воплем схватил золотой зубец.

– Вы их нашли! Я спасен, спасен! – задыхаясь, твердил мистер Холдер.

Его радость проявлялась не менее бурно, нежели отчаяние; он крепко прижимал к груди вновь обретенное сокровище.

– За вами еще один долг, – довольно суровым тоном произнес Холмс.

– Долг? – Мистер Холдер рванулся к перу. – Назовите сумму, и я немедленно ее выплачу.

– Долг причитается не мне. Вы должны принести нижайшие извинения благородному юноше – вашему сыну. Он повел себя так, что, будь у меня такой сын, я мог бы им гордиться.

– Значит, камни взял не Артур?

– Не он. Я говорил это вчера и повторю сегодня.