Эта ночь была ошибкой

Я ходила из угла в угол и заставляла себя сохранять спокойствие, хотя все инстинкты вопили – мне конец.

Когда ждать стало невыносимо, я подошла к раковине и глянула на тест, лежащий на ее краю. И обмерла.

Передо мной четко и ярко красовались две синие полоски, что могло означать только одно.

Валера оказался прав – забеременеть мы не могли из-за него. Я здорова.

И черт возьми я беременна!

Глава 37

Прикрыла глаза и сделала глубокий вдох, потому что мозг отказывался воспринимать этот факт и вопил, что мы все умрем.

Снова открыла глаза – вторая синяя полоска не исчезла.

– Твою ж мать!

Выругалась и стиснув зубы взяла тест и сунула в коробочку, убирая ту обратно в сумку.

Что теперь делать? Что делать? Мысли кружились в панике, и я сжала ремешок, вышла из туалета и вернулась в приемную, убирая сумку в стол.

Слава имеет право знать, но говорить ему – значит нарушать свой же зарок с ним не общаться.

И если это отразится на его семье, ведь как бы там ни было, я вмешалась в их брак и возможно из-за меня они как кошка с собакой.

Мысли не отпускали, и я напряженно думала, забыв про отчеты и таблички. И даже не сразу поняла, что меня вызывает начальница.

Только ее не хватало!

Вздохнула и поднялась с места, мысленно изобретая причины отпроситься у нее на сегодня.

– Кира, – та начала без предисловий стоило мне войти. – Где в этом вшивом городишке есть клиника, которая занимается абортами быстро и без огласки?

Вся кровь от моего лица отхлынула, и я пошатнулась.

Она что, видела мой тест? Знает, что я беременна? Слава ей признался?

– Абортами? – произнесла пересохшими губами с отвращением выплевывая это слово. Мне такая мысль даже в голову не пришла, хотя она была бы закономерным решением в сложившейся ситуации.

– Ты оглохла? – она переспросила и сдернула с лица темные очки, и я только сейчас поняла, что мне не показалось. Супруга нашего ВРИО была в слезах.

Да, сомнений нет, она рыдала утром, именно ее плач я и слышала из-за двери.

– В платных клиниках возможно… Не знаю, я не обращалась."

"Она поморщилась так, будто я подсунула ей мышь в сумку.

– Ладно. О нашем разговоре никому не слово, ясно? – Эльвира спросила грубо, и я кивнула. – Никто не должен знать, о чем я у тебя спрашивала, иначе ты пожалеешь.