Есть ли жизнь после отбора?

Остальные корабли ходили как во времена до-магического судоходства. Морей экономил на всем и на всех.

- Я в шоке и ужасе,- честно признала я. – Что делать?

- Коснитесь руками низушки камня, да, получается вот такая вот нелепая поза, и позвольте ему тянуть из вас силу. Усиливать напор нельзя – крошится, перехватывать контроль над линией силы нельзя – крошится. В общем, остается терпеть и ждать, на все остальное он отвечает антимагической крошкой.

Поза, в которой я замерла, была и нелепой, и страшно неудобной.

- Последний раз, до ранения, я притаскивал матрас и ложился на пол,- поделился со мной Аттер.

- Кто вообще настраивает камень на напитку снизу,- проворчала я минут через сорок.

- Это ученический камень, с, как тогда сказали, «некритичным изъяном»,- саркастично отозвался маг. – Принести матрас?

- Нет,- буркнула я,- выдержу.

Через три часа я полулежала на палубе. Перед глазами прыгали темные мушки, а сидящий рядом кок настойчиво уговаривал меня поесть:

- Вот, жирненькая, только-только выловили! Сыренькая, да. Но! В морской рыбе паразитов-то и нет почти.

С другой стороны сидел маг, он шипел на кока и просил его не шокировать благородную леди. А я просто жадно вдыхала свежий морской бриз и радовалась тому, как мерно вибрирует палуба – камень я зарядила по полной!

- Найдите мне местечко для сна,- попросила я.

Сердито жужжащий Хираэллис ударил меня собой по лбу. И одновременно с этим мой безымянный луо-наари сообщил, что сейчас лучше избежать порталов. Мир защищает сам себя, а потому портальная магия либо не сработает, либо сработает так, что лучше б и не надо.

- Миледи,- смущенно промямлил Аттер,- если вы не против разделить каюту с телом вашей многоуважаемой несколько раз бабушки, то, конечно же, вы сможете поспать.

- На таком большом корабле больше нет кают?!

- Видите ли, мы, как бы так сказать…

- Да разгромили мы все,- рубанул кок.

Кашлянув, я пожала плечами:

- Что ж, значит, потесню немного Райет."

"Но, конечно же, на одну постель с ее телом я не легла. В капитанской каюте было глубокое удобное кресло, в котором я и устроилась. И, уже засыпая, я почувствовала натяжение нашей с Гамильтоном связи.