Есть ли жизнь после отбора?

– Милтон!

И в этот же момент двери в комнату принцессы распахнулись:

- Простите, Мина, Тина! Милорд генерал! Ой, а вы?

- Леди Ауэтари,- моя песья мать увеличилась в размерах,- а вы?

- Адалинда Миртара, незаконнорожденная принцесса,- Мири присела в реверансе. – Проходите скорее, во дворце таится что-то страшное!

Шагнув в покои принцессы, мы все, не сговариваясь, ахнули. А Гамильтон, через мгновение, довольно произнес:

- Узнаю свою школу.

В общем, в покоях Мири явно готовились держать оборону. Толковые заграждения позволяли держать под обстрелом двери и небольшое окно.

- Я гостила в вашем родном мире,- принцесса чуть смутилась,- но мне там пока плохо. Магия другая и я, простите, пьянею. Поэтому мы не решились уйти на совсем.

- Ты знаешь, что происходит во дворце? – прямо спросила я.

- Я знаю, что по ночам из комнат выходить нельзя,- Мири обхватила себя руками,- там ходит смерть.

- Бесчестным? – переспросила я, не понимая, от чего меня так царапает это слово.

И тут, перед глазами, как наяву, встало воспоминание. Едва живой гвардеец, отбитый у грамрлов, и его слова: «Он резал мир, – выдохнул гвардеец и облизнул губы, – я увидел. Не мог… Не мог остановить.

- Кто тебе это сказал? – мягко взяла перепуганную девчонку за руку,- где ты это услышала, Мири?

- Молодой мужчина,- Мири сморгнула слезы,- я тогда пыталась найти еще зелий для себя и пробралась к целителям. Еле сбежала – потом пришли стражники, чтобы охранять раненного.

- Все равно не спасли,- я прикусила губу. – У нас есть бесчестный, который резал мир. И этот же бесчестный призвал смерть, которая таится в тенях.

- Смерть это грамрлы, они не любят солнечный свет,- уверенно произнес Гамильтон,- резал мир, это, вероятно, про проклятый клинок.

- Не сдержавший слово? – предположила Тина.

- Или же бастард,- тихо проговорила Мири. – В Иль-доратане, например, незаконнорождённых детей именуют бесчестными, хотя уж мы-то ни в чем не виноваты.

- Все указывает на нового Правителя,- я прикусила губу,- не верю. Не может человек так феерично притворятся глупым и чванливым ничтожеством. Ладно. Ладно.