Эсса

— Адмирал Того? — услышал он.

— Госпожа Литвак Раньера Бруно, — сразу же развернулся мужчина и замер. Под ложечкой заныло, предвещая множество проблем.

— Эсса. Просто Эсса.

— Хорошо, госпожа Эсса. Как вы себя чувствуете?

Он уже знал по отчётам, а теперь полностью убедился, что девушка чувствует себя хорошо, но бестолковый вопрос вырвался сам по себе. А спасённая восхищённо смотрела на него своими глазищами, как на самого лучшего разумного во всей Вселенной.

— Благодаря вам — прекрасно.

Адмирал опомнился и забрал у девушки сумку.

— У вас там спрятана медицинская капсула? — удивился он весу поклажи.

— Нет, — смущённо улыбнулась она, — альбомы и немного вещей.

Перехватив поудобнее тяжёлую бесформенную сумку, он повёл подопечную на уровень, где располагались каюты офицеров и руководящего состава учёных.

На каждом уровне звездолёта были заранее подготовлены гостевые каюты для представителей новых рас, которых чисто теоретически экспедиция могла встретить.

То́го вёл девушку и наблюдал, как она старается держаться поближе к нему, как вспыхивает каждый раз, когда ей подмигивают или улыбаются вояки. Адмирал задумался — в каком же месте рос этот ребёнок, чтобы так реагировать на внимание.

— Госпожа Эсса, вот ваша каюта, — вручая ей карточку, он подождал, когда девушка сделает первый шаг и осмотрится.

Она не задержала его, и стоило ей только войти и оглядеться, как она радостно воскликнула, прижав руки к вспыхнувшим щекам.

— Это великолепно, — прошептала Эсса. Обернулась и, сияя глазами, прошептала:

— Спасибо.

То́го скептически осмотрел каюту. Это было небольшое помещение, разделённое надвое декоративной перегородкой. Мебель стояла удобная и вроде создавала ощущение уюта, но…

— Как же здесь хорошо! —срывающимся голосом воскликнула малышка, сбросила туфли и зарылась пальчиками в пушистый ковёр, имитирующий шкуру вымершего зверя.

— Кхм, — адмирал растерялся от потока счастья, исходившего от подопечной.

Девушка встрепенулась, выхватила у него свой баул и принялась торопливо вытаскивать альбомы, складывая их в стопку на столике возле искусственного окна. Потом достала краски и карандаши…

— Да где же они… — ворчала она, покусывая губы.