Если желания не сбудутся

А ты, Филатов, пойдем-ка со мной.

Сима осталась в кабинете в компании адвоката.

— Вы сказали, что вас наняла моя семья. Это какая-то ошибка, у меня нет семьи."

"— Никакой ошибки, вы Масловская Серафима Владимировна, а нанял меня ваш дядя, Логуш Яков Зиновьевич. Правда, на цыганку вы не похожи, но бывает всякое, конечно…

Сима вдруг вспомнила внимательные темные глаза на смуглом лице, глядящие на нее из-под шапки черных кудрявых волос, щедро прочерченных серебристыми нитями седины. Яков Зиновьевич, отец Тани! Накануне Симе казалось, что он вообще ее проигнорировал — а он нанял ей адвоката, который так вовремя появился… Но как?!

— Что вы успели рассказать сотруднику, который вас допрашивал?

— Все как было.

 — Симе хочется плакать, но она держится. — Как мы ездили памятник устанавливать для Сэмми и как отвезли Романа обратно на работу, а Таня говорит — вроде выстрел слышала, я машину спрятала и фары погасила, а тут из ворот кладбища выехала та машина… Я номеров не видела, честное слово! И кто в ней был, тоже не видела, темно было. Ну, и Таня позвонила Роману, а он не отвечает, и мы пошли посмотреть… А он там…

— Ясно. — Ершов обеспокоенно смотрит на струйки крови, текущие по рукам Симы. — Кровотечение почему-то не унимается.

Дверь открылась, вошли двое — медики «Скорой», за ними вошел и Реутов. Сима с удивлением смотрит на него — красивых мужчин она видела, конечно, но не таких.

— Нос не сломан, но у нее сосуды близко, слизистая сильно повреждена, и если я хоть что-то понимаю в медицине, то сотрясение мозга у нее налицо.

 — Старший из медиков посветил Симе в глаза каким-то фонариком. — Она что, в массовом убийстве обвиняется у вас? Ей надо в больницу, на томограмму.

— Везите. — Реутов вздохнул. — Она просто свидетель по делу.

— Вы уже и свидетелей начали колотить, надо же! — Второй медик, до этого молчавший, затолкал Симе в нос ватный тампон, пропитанный перекисью водорода. — А мне говорили, что в вашем отделе такие методы не практикуют.

— Перевели к нам тут одного… Он мне сразу не понравился, ну да теперь полетит белым лебедем, нервный и пугливый сказочник.

 — Реутов задумчиво взглянул на Симу: — Ты извини, что при тебе обсуждаем, но очень уж кстати все получилось, давно я этого парня хотел уволить, потому что он ходячая беда, так и жди, что искалечит кого, неприятностей потом не расхлебаешь, да хитер был больно, все выворачивался, а тут подставился как пацан, здорово ты его, видать, зацепила.