Если буду нужен, я здесь

Видит бог, я с трудом держусь, каким-то чудом этот разговор заканчивая с честью. И самое смешное в этом то, что я ведь до конца даже не понимаю, на кой мне оно все сдалось. Только лишь бы окончательно не потерять друга? А был ли он у меня вообще?..

Выхожу сам не свой на палубу. А там Дубина. Еще один наш общий друг… Смазливый. Я никогда на это внимания не обращал, а теперь вот как-то само собой обратилось. Значит, Лале такие мужики нравятся? М-да. Ну что ж, девочка, боюсь, тебе не повезло.

Смотрю на него, а Тоха взгляд отводит.

Получается, и он в курсе, к кому моя будущая жена пришла? Да что ж такое-то! Мне хоть каплю оставят гордости? Сука-а-а.

– Слушай, ты меня прости. Я ж не знал!

– Проехали.

– И что теперь?

– Да ничего, Антон. Женюсь я, – хмыкаю. – Ты ей глазки строил, обнадеживал, а я женюсь. Вот так.

– Да не строил я ничего! – возмущается. – Просто удивился, как незаметно она выросла. Время летит, капец.

Киваю. Краем глаза кошусь на Дубину, чтоб понять, насколько он откровенен.

Не было печали. А теперь вот думай, что там у моей женушки в голове. Точней, кто. И вытесняй. Вытесняй… Я же третьего в наших отношениях даже в мыслях терпеть не стану. Для меня это худшее, что может быть. Так как такое со мной случилось?! Чтоб тебя, Лала! Чтоб тебя, мелкая засранка!

– Ну, да, – бросаю вскользь.

– Назар, я тебе клянусь, что пальцем ее не трогал. Вообще. Ни в тот вечер, ни в любой другой. Ну как ты себе это видишь? Она ж как сестренка. Да и Марат бы меня убил, – возмущается Дубина.

– Заметь, я тебе ничего не предъявляю.

– И на этом спасибо. Дерьмовая вышла ситуация. Понятия не имею, как повел бы себя на твоем месте."

"– А вот на моем месте себя представлять не надо, – ощериваюсь неожиданно даже для себя. Тоха стоит, удивленно приподняв брови. Дескать, чего это ты, брат? А я чего? Я ничего. Просто, раз такое дело, не хрен мою жену представлять с собой рядом. В одной койке, или просто – не суть. Твой поезд ушел. Вот и иди с богом, а мы тут как-то сами разберемся.

– Осознал. Проникся. – Дубина смотрит прямо в глаза и тянет для пожатия руку. Окей. Жму. Силой не меряемся, ничего друг другу доказывать не считаем нужным. Он признает мое право. И ни на что не претендует. Так на месте Тохи поступил бы любой нормальный мужик. Я бы тоже отошел в сторону. Женщина друга неприкосновенна.

Озвереть. Ла-ла-ла теперь моя женщина. В душе не ебу, что с этим делать. Марат говорит – воспитывать.