Эскорт из бабочек

Ленины волосы лежали толстым ровным слоем, он поднимал тяжелые пряди, находил рукой шею, наклонялся и целовал красивые губы.

Ванда подбежала, повиляла хвостом.

— Нельзя, Ванда, — зло сказал он.

Ванда не имела права обниматься с кем-то, кроме него. Раньше и не обнималась, непонятно, что на нее сейчас нашло.

— Что вы здесь делаете? — недовольно спросил он соседку.

— А вы? — усмехнулась она.

— Гуляю с собакой. Я всегда гуляю здесь с собакой, ей нужно много бегать.

До переезда сюда, в Москве, он гулял с Вандой на пустыре, огороженном старым забором.

На пустырь выводили крупных собак. Иногда возникали собачьи разборки с визгом и рычанием, хозяева растаскивали своих питомцев в разные стороны. Ванда была трусиха, собак побаивалась, ни к кому не задиралась. Роман не сразу понял, почему она немедленно бросается наблюдателем к каждой собачьей драке. Потом догадался: Ванда точно знала, что убежит в любой ситуации.

— А я просто так гуляю, — объяснила соседка. — Без собаки.

Ее руки были покрыты ровным свежим загаром. Ноги, наверное, тоже, но ноги были скрыты синими джинсами.

Лена тоже всегда ездила отдыхать в начале мая, чтобы потом демонстрировать в Москве загорелые конечности. Сначала он ездил вместе с ней, но на пляжах ему было до смерти скучно, и он начал находить предлоги, чтобы не ездить.

Лена уезжала одна, и он страшно по ней скучал, и ездил встречать в аэропорт, обнимал в зале прилета и не хотел отпускать.

Соседка шла, медленно разглядывая деревья вдоль дороги. Он постоял, раздумывая, двинулся за ней. Ванда потрусила следом.

— Вы что-то ищете? — наконец не выдержал Роман.

— Угу, — подтвердила она. — Ищу место, где видела ночью машину, когда сюда ехала.

— Вам не говорили, что ночью ездить опасно?

— Не говорили, но я сама догадываюсь.

Нужно повернуть к деревне. Какого лешего он за ней тащится?

Она остановилась, оглядела кривую березу, нависшую над грунтовой дорогой.

"— И что такого примечательного в машине, которую вы видели?

— Она была без номеров.

Соседка побрела дальше, пристально вглядываясь себе под ноги.

Ванда рванула вперед, зарычала, Роман поймал собаку за ошейник.

На траве и дороге виднелись небольшие пятна, очень напоминающие кровь.

Собака зарычала снова.