Эрсус. Преддверие

— Почему две самые верные рабыни еще не на коленях, и не целуют придорожный камень, по которому сейчас пойдет их господин? — грозно проговорила она, весьма приятным голосом.

А девчонки сразу стушевались, пряча глаза. И от незнания что делать, стали бросать растерянные взгляды на меня.

— На колени, мерзкие сучки! — напутствовала их женщина.

Я подал глазами и теплой улыбкой знак, чтобы те не двигались, а сестры выдохнули, и продолжили стоять, как ни в чем не бывало. А я еще раз посмотрел на красивую девушку, разоравшуюся на полгорода.

Но сделал вид, что охренел от такого приветствия.

— Шахан, а это что? Надеюсь это не твоя главная жена, иначе такую стерву давно прибил, — обратился я к паланкину, нагло упершись в него рукой.

Слава богу, тот даже не покачнулся.

А у бабенции так совсем крыша потекла, как только она увидела мое пренебрежительное отношение к себе. Или она решила выслужиться перед кем-то?

— ЧТО??? Ты что себе позволяешь выкормыш тхура! СТРАЖА! Схватите его, и казните утром, за неподобающие поведения к своему хозяину! Выпустите ему кишки, и пусть их склюют падальщики по утру! — заверещала та, видя мое лицо.

— Какая кровожадная у тебя жена, — шепнул я ему, ухмыляясь. — Не остановишь их?

А тот лишь что-то жестикулировал мне глазами, но в целом я его понял.

И ко мне рванули несколько хорошо снаряженных воинов. Шахан, молчал и наблюдал, энергию я уже раскинул. Слабенько, правда, чтобы сильно не влиять ни на кого.

Но их вдруг остановил рукой, копия Шахана, грозно посмотрел на женщину, от чего та сразу заткнулась, и спокойной обратился ко мне:

— Кто ты такой незнакомец? Я тебя не знаю! И почему так близко стоишь рядом с паланкином отца?

— Я? Думаю, что гость твоего отца! — развел я руками, слегка зевнув для вида.

Купец, таким образом, как я понял, проверял свою родную семейку, с моей помощью, разумеется, а я ему и подыграл, весело даже.

Стандартная схема, после долгого отсутствия, всем необходимо напомнить и показать, кто хозяин положения, мало ли, вдруг забылись?

— Слава Хамусу! Мое наследство попадет в нормальные руки, а не тупых зажравшихся увальней, как твои братья, — соизволил подать слово хозяин поместья.

Резко «выкатился» из паланкина, и первым делом «наградил» звонкой пощечиной бесновавшуюся девицу, от удара та крутнулась и как подкошенная упала на брусчатку.