Эрсус. Преддверие

Предложение и прозрение?!

— Эс Белов, верно? — окликнул меня некто, невзрачной наружности, как только девчонки скрылись из виду.

— Вы правы, чем могу быть полезен? — ответил я, оборачиваясь и апатично посматривая на индивида.

Выше среднего роста, седовлас, одет, как и большинство здесь, по походному. Лицо невыразительное, а взгляд цепкий и проницательный, второй Ларионов тут образовался прямо..

— Моя госпожа, эсса Раудона, просит вас к себе в шатер, — почтительным тоном пробасил мужик.

«Этой что опять-то нужно? Утра ей мало? — подумалось мне».

— Раз эсса просит, то веди, — согласился я.

«Вдруг что важного и интересного скажет, чем черт не шутит»?

— Здесь господин! — отчитался мужчина, указывая рукой на личные пенаты баронессы.

— Благодарю… — замешкался я.

— Имя этого слуги, Алойз, господин, — все тот же почтительный тон.

— Благодарю Алойз! — короткий кивок мужику, и слабо мелькнувшее удивление старика.

Полог я откинул как можно небрежнее, тем самым давай понять Масти, мое к ней отношение, таким вызовом.

— А ты не торопился ко мне? — небрежно поддела меня девица, нежась в самой натуральной ванне, с горячей водой.

«О как! Это где она ее откопала то в пустыне? Хотя сейчас догадаюсь, магия!»

— Прибыл, как только, так сразу. И эсса, я ведь не собачонка, спешить мне некуда, времени навалом, — позевывая, отрубил я замечание Масти.

Девицу мой ответ не особо удовлетворил, та скривилась и как можно эротичнее встала с ванной. Не стесняясь своей наготы, и с ухмылкой смотрела на меня.

— Как я тебе? — чарующе поинтересовалась девушка.

Резко от нее повеяло теплом, и капельки вода на теле девушки, которые до этого соблазнительно скатывались по телу, притягивая взгляд, испарились. Осталось лишь прекрасное фигуристое тело.

— Ты так всех гостей встречаешь? Или только избранных? — как можно расслабленнее сказал я, падая я на подушки. — Так утром я все прекрасно рассмотрел! Но если хочешь комплимент, то впечатляет, очень впечатляет, очарован вами эсса! Так по какому вопросу звали?

— Нет в тебе того благородного блеска, и возвышенности, простым ты кажешься, — стала «рубить» правду она.

— Какой есть эсса, какой есть! Одна моя родственница также говорила, — скучающе буркнул я, наблюдая за её телодвижениями.

Закончив с одеждой, девушка приблизилась и по-хозяйски на меня уселась, и между делом поелозила филейной частью.