Эрсус. Преддверие

— Хорошо, в таком случае, пока можешь оставаться, а далее посмотрим, что будем с тобой делать, потому как я и сам сейчас в проблемном положении. Ладно, поживем, увидим. Тогда за мной."

"Откинул полог шатра и вышел на улицу, где уже шпарило солнце, и караван живенько приходил в себя, полностью сворачиваясь с ночлега.

— Хассом управлять умеешь? — поинтересовался я у девушки.

— Разумеется, господин, меня многому обучили, к чему-то нас подготавливая.

В голове резко зашевелились мысли, хотя сразу же нужную мысле-нить я утратил, что-то меня смутило в ответе девушки.

— Раз умеешь, значит, поможешь мне в управлении. А то это зараза рогатая меня не взлюбила, — пожаловался я той. На что получил скромный смешок, но Риста сразу смутилась, увидев мою реакцию. — У тебя красивая улыбка, с ней выглядишь еще прекраснее, улыбайся чаще! — подмигнул я ей.

А сама девчонка встала как вкопанная, потому как впервые ей сделали комплимент, от которого стало тепло на сердце. А также впервые в жизни, несколько минут назад, у нее поинтересовались собственным мнением в отношении ее дальнейшей судьбы.

Глава 10. Первый рабочий день и женские разговорчики!

А далее понеслись протяжные часы по Кстусе, под двумя жаркими «сестрами», Улисс и Ссилу.

Про место, где я очутился еле живым, и где мы находились сейчас, я расспросил у Саара. А вот про двух сестер я услышал от Зелека и других ребят из отряда, те проклинали их, на чем Илларан стоит. В этом я уже тоже убедился из разговоров наемников.

Илларан это мир, в котором я оказался.

А парни и девушки Косаара были славными, как мне и показалось на первый взгляд у костра, и было не скучно во время путешествия по злополучной пустыне. Каждая группа несла ответственность за свою часть каравана, и поэтому мы всегда были в видимости друг друга.

Как только все из отряда узнали, что одного из «Шипов» не стало, благодаря моим стараниям, и глупости самого Таллари. Урта и Ильси, с диким визгом повисли у меня на шее, под завистливые взгляды мужиков, и посвистывания, отмахивался от всего как мог.

И расцеловав мою заросшую щетиной физиономию, скрипя сердцем, и под суровое гарканье Саара что-то из темы «устроили балаган», соизволили отпустить меня.

Были и агрессивные взгляды, одаривали меня ними увальни из «Шипов». А более всех отличался Горак. Ох, и здоровенный мужичина, похож был на медведя.

«Стероидов обожрались там все»?

Его-то многозначительные злые взгляды говорили лишь об одном, о моей скоропостижной кончине.