Ешь. Молись. Разводись (СИ)

Ты же, кажется, замуж выходишь? Наверное, захочешь родить, и правильно. Балет это всё… проходяще. А замужество вечно.

Арс перефразирует фразу из очень известного фильма подмигивая мне.

Замужество вечно? Он издевается?

Жанна смотрит на него, буквально испепеляя, вот только Арсению хоть бы хны. Он сам кого хочешь испепелит.

- Дорогая, пойдём? – это мне, обвивая рукой мою талию. – Скоро третий звонок. Извините, не сможем вам составить компанию после спектакля, заказан столик.

- Милана, я хотел бы с тобой поговорить, - откашливаясь скрипит мой бывший, которого явно очень сильно напрягает присутствие рядом со мной владельца «Север-групп», - может, уделишь мне пять минут после спектакля.

- Завтра с утра она вся ваша, но сегодня – увы.

- То есть… я не понял, я вообще-то говорю с моей женой. – надменно кидает Королькевич.

Арс выстреливает бровью вверх.

- Неужели?

Мне тоже интересно знать, с какого перепугу стоя рядом с любовницей Олег предъявляет мне. Бесит.

- Ты слышал, что сказал Арс? Мы заняты.

- Милана!

- Олег, это мелко, давай не на людях. Поговорим дома. В Москве.

- Я позвоню завтра, Милана. Нам предстоит серьёзный разговор.

- Думаю, Милана будет говорить с вами в присутствии адвоката. – Северов буквально пригвоздил этой фразой Олега и поворачивается ко мне. – Мила, пойдём.

Я вижу, как наливаются кровью глаза бывшего.

А, собственно, почему?

Потому что я тут не одна? Не с подружкой? Не выгляжу как «сто лет одиночества»?

Разумеется, он был уверен, что я лежу, уткнувшись носом в подушку, кормлю отельных клопов и страдаю по его унылым прелестям?

Мечтаю вернуть своё махровое счастье?

Буду ждать, когда он наиграется в балетмейстера и вернется в лоно семьи, сказав, Миля, я нагулялся, хочу борща и котлеток?

Королькевич ведь знал, что вся эта история не про меня? Или всё-таки надеялся, что ему удалось меня сломать?"

"Господи, смотрю сейчас на него и думаю – как я столько лет с ним жила? Почему была настолько слепа? Что заставляло меня год от года мириться с его наглостью, холодностью, безразличием, с тем, как лихо он обесценивал мои успехи и мою жизнь?

Нет, конечно, не всё было критично плохо.

А я еще долго не понимала выражение: если хочешь узнать мужчину – разведись с ним.

Вот. Теперь понимаю. И узнаю.

Второй акт сначала смотрю как в тумане, но потом Чайковский и Петипа побеждают.