Ешь. Молись. Разводись (СИ)

Может и я не очень подхожу на эту роль.

Или может ему просто не нужна совсем уж девочка?

Хотя, что я вообще понимаю? Что я знаю об их жизни?

Может там всё иначе? Может он просто… еще не понял какое сокровище с ним рядом.

Но он поймёт. И будет мне благодарен за то, что я его отпустила.

- Людмила, я… простите меня, я…- не могу говорить, в горле ком, и слёзы текут.

- Вы его любите? – она говорит очень тихо.

- Это не важно.

- Важно. Очень.

- Нет. Я уеду завтра утром, я тут с детьми, вы видели, я уеду и удалю его номер, и больше не буду с ним общаться, видеться.

- Я его люблю с двенадцати лет. Я на него всегда смотрела с восхищением. Дядя Север. Он мне привозил подарки, кукол красивых из разных стран. Мне уже не нужны были куклы, он стал привозить красивые платья. Я решила, что это потому, что он тоже влюблён и ждёт, когда я вырасту.

Она мнёт салфетку в руках, потом берёт чашку с капучино. Там на пенке сердечко. Она отпивает немного и сердечко исчезает. Разбивается сердечко.

- Я ни на кого больше не смотрела.

Смотрю в окно. Еще не поздно, но улица пустая, тут вообще как-то мало кто ходит. Дома напротив серые. Я помню, что за этими домами в переулке очень милый чешский ресторан, там вкусный гуляш, который подают в хлебе, просто пальчики оближешь.

Вообще, если говорить честно, то Питер – это еще и про вкусно покушать.

- Вы такая красивая…

- Что? – растерянно поворачиваю голову.

- Я думала, вы обычная самка, просто… дама легкого поведения, с которой можно время провести, я не могла поверить, что он… Что Арс влюбился.

- Он не…

- Да.

- Мила…

Так странно называть другого человека своим именем! В моём окружении никогда не было ни одной Милы, Миланы, Людмилы…

- Люда, меня называют Людой, папа зовёт Люся… Извините, что я пришла. Я не знаю зачем. Больно очень.

Вижу, как кривится её лицо, как силится она не заплакать.

Боже, она же девочка совсем! Девочка! Сколько ей? Двадцать два? Три? Арс говорил, я не помню. Я старше почти на целую жизнь.