Эротические страницы из жизни Фролова

Легко добилась разрешения пригласить в субботу на обед своих новых друзей - Танечку и Толика; купить, наконец, для нее ту блузу, о которой она им говорила еще неделю назад; и Сережке новые джинсы тоже - уже давно пора; и пристроить его на платные тренировки по каким-то там боевым искусствам - пусть занимается, она с ним уже провела соответствующую воспитательную работу…

Из дома поутру они вышли все вместе, - отец и мать на свои работы, а Светлана к бабушке, до конца их рабочего дня.

Этот субботний обед получился просто великолепным. Светланка начала готовиться к нему с самого утра. Сначала отослала родителей на рынок с длинным списком самого необходимого, а сама смоталась в супермаркет за деликатесами. А потом непрерывно химичила на кухне, не позволяя им ни к чему прикасаться без ее разрешения. Так что они тоже были как бы гостями. Три раза звонила Лене, каждый раз меняя советы, что ей на себя одеть. Особенно беспокоилась о лифчике, поскольку блузку приказала одеть ту, ""что просвещается"", чтобы ""они увидели"".

Конечно. Чтобы они увидели, какая у ее старушки Лены на самом деле грудь. Видимо, успела Танечке нахвастаться.

И за столом распоряжалась в качестве главной хозяйки.

Виктор радовался. Она вела себя так, будто и не было той страшной среды. И все остальные тоже. Принарядились. Прихорошились. Посветлели.

Елена Андреевна и в самом деле произвела потрясающее впечатление на гостей.

Да и на Виктора тоже - она снова превратилась в элегантную и сочную красавицу, лишь на какие-то маленькие сантиметры постарше своей дочери. Да еще этот лифчик - что-то он такого раньше на ней не замечал. Под ним легко угадывались даже контуры сосковых ореолов.

Ирина не просвещалась. Но натянула ту самую блузку, плотно облегающую тело, от которой даже у ее мужа вот уже несколько лет неизменно появляется боль в мышцах, поддерживающих глазные яблоки.

И ту короткую узкую юбку, от которой и у него самого сводило колени."

"Ну, а о Светланке и говорить нечего. Вот уж где влияние бабушки казалось Виктору всеподавляющим. Хотя дочь, конечно, следовала модам своих сверстников, но выбирала сама для себя вещи именно так, как это делала ее бабушка, - так, что они казались неразрывной частью ее фигуры. Будто и придумывались именно для ее тела.