Эркюль Пуаро

"

"– Додумался! – сказал наконец мосье Бук. – Часы переставил не убийца в форме проводника. Их переставил человек, которого мы назвали Вторым убийцей, – тот левша, или, другими словами, женщина в красном кимоно. Значит, дело было так: она приходит на место преступления позже и передвигает стрелки часов назад, чтобы обеспечить себе алиби.

– Поздравляю! – воскликнул доктор Константин. – Отличная мысль!

– У вас получается, – сказал Пуаро, – что женщина в красном кимоно наносит Рэтчетту удар в темноте, не зная, что он уже мертв, и тем не менее она каким-то образом догадывается, что у него в пижамном кармане лежат часы, вынимает их, вслепую переводит стрелки назад и даже ухитряется сделать на часах нужную вмятину.

Мосье Бук неприязненно посмотрел на Пуаро.

– А вы можете предложить что-нибудь лучшее? – спросил он.

– В данный момент нет, – признался Пуаро. – И все же, – продолжал он, – мне кажется, никто из вас не заметил самого интересного в этих часах.

– Имеет ли к этому отношение вопрос номер шесть? – спросил доктор.

– На вопрос, было ли совершено убийство в час пятнадцать, указанное часами время, я отвечаю: нет.

– Присоединяюсь к вам, – сказал мосье Бук. – Следующий вопрос: было ли убийство совершено раньше? Я отвечаю на него: да. Вы согласны со мной, доктор?

Доктор кивнул.

– Однако на вопрос, было ли убийство совершено позже, тоже можно ответить утвердительно. Я принимаю вашу теорию, мосье Бук, и думаю, что мосье Пуаро ее тоже принимает, хотя и не хочет связывать себе руки раньше времени.

Первый убийца пришел до часа пятнадцати, Второй – после часа пятнадцати. А так как одна из ран нанесена левой рукой, нам, наверное, следует выяснить, кто из пассажиров левша?

– Я уже кое-что сделал для этого, – сказал Пуаро. – Вы, должно быть, заметили, что я просил каждого пассажира написать свою фамилию или адрес. Для окончательных выводов тут нет оснований, потому что есть люди, которые одно делают левой рукой, другое – правой.

Некоторые пишут правой рукой, а в гольф играют левой. Но все же кое-что это дает. Все пассажиры брали авторучку в правую, за исключением княгини Драгомировой – она отказалась писать.

– Княгиня Драгомирова! Да нет, это невозможно! – сказал мосье Бук.

– Сомневаюсь, чтобы у нее хватило сил для этого, – усомнился доктор Константин. – Та рана нанесена с большой силой.

– Значит, такой удар женщине не под силу?

– Нет, этого я не сказал бы.