Ермак

Казаки быстро ворвались в скопище шалашей и землянок. Впереди всех бежал Иванко Кольцо, крича:

— Дон гуляет! Ложись, кто за нас!

Яков Михайлов, — мрачный и жестокий после гибели Василисы, — поджег становище. Черные клубы дыма поднялись над ельником, затрещал сухой валежник. Повольники выбежали кто с бердышом, кто с пищалью, топором, рогатиной. Одни из них сейчас же ложились, а другие начали свалку. Знакомый Ермаку детина с белесыми вихрами не захотел ложиться. Поднял дубину и взревел медведем, но, заметив атамана, опустил руки.

— Не буду биться за Федьку Молчуна, хвороба его задери! — отбросив дубину, заявил он. — И ложиться тут не буду — не привык!

— Не ложись, брат — засмеялся Ермак. — А пошто на Молчуна так зол?

— Ему бы почваниться, да побить, а кого — не разбирает. Третьего дня бабу в лесу обесчестил…

— Айда к нам! — позвал Ермак.

— Да и то, как обещал. Эй, блаженные, бросай драться! — закричал парень. — Не надо Федьку криводушного!

— Как звать? — спросил атаман.

— Гаврюха, из рязанских мы… Тут бурлаки все… Эй, ребята, кончай…

Схватка и без зова парня уже кончилась.

…В эту пору Молчун завидел дымный пал на Усе, дрогнул и начал подаваться от купецких насад, однако ему не повезло: ядро угодило в струг, и все, кто был на нем очутились в воде.

Федька всплыл и потянулся к берегу. Над водой стлался пороховой дым и ел глаза. Фыркая и отчаянно ударяя руками, атаман еле держался на волне. Вокруг него барахтались люди.

— Вон по тому огоньком!

Но Молчун все же доплыл, — вот уж рукой подать до берега. И вдруг из кустов выскочили двое. Федька узнал их: то гусак Матвейка Мещеряк да Петро — беглый пушкарь!

Молчун закричал им:

— Воры, спасайте своего батьку! Еле убрался…

Небольшого роста, рябой от оспы Матвейка хрипло отозвался:

— Сам-то убрался, а народу нашего сколь загубил?.. Молись, Федька!

— Да что вы, братцы… Одумайтесь! — еле держась на глубокой воде, взмолился атаман.

— Не кричи, грех — в мех, а тебя на дно! — мрачно пошутил пушкарь и, схватив Молчуна за плечи, стал окунать. — Вот этак лучше… Ну, ну, потерпи немного, смерть пошлем тебе легкую!

— Братцы, братцы, погодите, — просил, захлебываясь, Федька. — Я про тайный клад поведаю…

— Погоди, — заколебался вдруг Матвейка. — Добро для артели сгодится.

— Пес с ним, с добром! — решительно ответил Петро.