Эркюль Пуаро

Однако поиски оказались тщетными.

Следующей была каюта Пеннингтона. Пуаро и Рейс не пожалели времени на ее осмотр. Особенно тщательно они осмотрели портфель с юридическими документами и деловыми бумагами, большая часть которых требовала подписи Линнет.

Пуаро уныло покачал головой:

– Кажется, тут все по правилам и честно. Согласны?

– Совершенно. Но он ведь не полный дурак. Если у него был какой-нибудь компрометирующий документ, например, доверенность, он должен был уничтожить его.

– Да, это так.

Пуаро достал из верхнего ящика стола тяжелый кольт, осмотрел его и положил обратно.

– Еще один путешествует с револьвером, – обронил он.

– Да, это, конечно, настораживает. Но все же Линнет Дойл застрелили не из этой пушки. – Помолчав, Рейс продолжал: – Вы знаете, я обдумал ваш вопрос: зачем бросать револьвер за борт, – и вот возможный ответ. Что, если убийца действительно оставил револьвер в каюте Линнет Дойл? А кто-то еще, совсем другое лицо, забрал его и выбросил в реку?

– Да, это возможно. Я думал об этом.

Тогда выстраивается цепочка вопросов. Кто это другое лицо? Кому было выгодно пытаться выгородить Жаклин де Бельфор, выбросив этот револьвер? Чем оно вообще занималось, это другое лицо? Единственная, кто, мы знаем, заходила в каюту – это мадемуазель Ван Скайлер. Следует допустить, что револьвер забрала мадемуазель Ван Скайлер. Зачем ей нужно было выгораживать Жаклин де Бельфор? И наконец: по какой еще причине могли забрать револьвер?

Рейс предположил:

– Она могла узнать свою накидку и уже по этой причине швырнуть за борт все хозяйство.

– Накидку – может быть. Но стала бы она освобождаться также от револьвера? Тем не менее, я согласен: это возможное решение. Но как это громоздко – bon Dieu[123], как это громоздко. И вы пока не осознали одно обстоятельство, связанное с этой накидкой...

Когда они вышли от Пеннингтона, Пуаро предложил Рейсу одному осмотреть оставшиеся каюты – Жаклин, Корнелии и две пустовавшие у носа; самому же ему нужно переброситься парой слов с Саймоном Дойлом.

Он повернул назад и вошел в каюту Бесснера.

Саймон сказал:

– Знаете, я все время думал. Так вот, я совершенно уверен, что вчера с этим жемчугом все было в полном порядке.

– Почему вы так думаете, мистер Дойл?

– Потому что Линнет, – он страдальчески сморщился, произнося имя жены, – она перед самым ужином перебирала нитку в руках и говорила о жемчуге. А уж она в этом разбиралась. Я уверен, подделку она бы отличила.

– Это была очень хорошая подделка.