Эпоха Опустошителя. Том II (СИ)

— От нас мокрого места не оставили, а от меня тем более, — вдруг слетели с языка полубезумные слова.

На пару секунд возникла гнетущая пауза, а далее раздался тихий смех Дэймона.

— Высоко метишь, парень, — сквозь хохот проговорил воитель. — Не знаю, на что ты рассчитывал, но у вас изначально не было ни единого шанса. Из тысячи защитников выжило меньше сотни. Гордись тем, что остался в живых и гордись тем, что смог их ранить. Понятия не имею, каким чудом ты смог подобное провернуть, но ты молодец.

Еще бы самому знать, как я это сделал.

— Случившееся — это несмываемый позор для Азаиха и Норона. Боюсь, теперь они удвоят сумму за твою голову. Кстати, — вдруг нахмурился Хаззак, — почему правая длань ордена Наказующих хотел забрать тебя живым?

Зараза! Заметил-таки. Ладно, применим ложь на практике.

— Не знаю зачем я ему понадобился, но они что-то говорили о его сыне и некой воспитаннице. Есть огромная вероятность того, что тогда в коллизии они были среди тех иерихонцев.

— Азаих расчетлив, но не мелочен, — задумался на миг Дэймон, продолжая бормотать себе под нос. — Странно. Или же он всё-таки он действовал с подачи Аэрии? Ладно, опустим этот момент и перейдем к главному… — на миг возникла театральная пауза, а взгляд Дэймона стал до невероятного цепким. — Та девчонка целительница. Твой трофей. Ты знал, что она из дома Иллион?

— Понятия не имел, — качнул я головой в отрицательном жесте без какого-либо промедления.

На секунду возникла тишина, а затем изо рта воителя вырвался тяжелый протяжный вздох:"

"— Хитрая бестия всех провела. Хотя Маркас тоже хорош. Никто из глав не подозревал, что у него есть дочь дриада. Вот же старый лис! — хмыкнул заинтриговано Дэймон словно был доволен всей ситуацией. — Однако наша Нефрит Ксанта рвёт и мечет, а вскоре вне себя от ярости будет и Данакт.

Помянем? Погодите-ка… А какого вшивого причиндала он мне об этом рассказывает? Я грёбаный лейтенант! Мелкая сошка. Такая информация не полагается обычному офицеру. Что-то тут нечисто. Может из-за отсутствия руки меня теперь выпрут? Вот было бы счастье. Сдался им тут калека.

— Ладно, — вдруг повысил голос Хаззак, уперев руки в колени.