Эпоха Опустошителя. Том IV

— Достаточно! — гаркнула строго вана, возвращаясь к обычной речи. — Сейчас не место и не время. Прекращай свои игры, Кайса, и будь благодарна моей матери за то, что тут находишься. Не провоцируй Ульрику!

— Так я и благодарна ей, — ехидно отметила горгона. — Не будь такой суровой, Линара, не я это начала.

— Но ты это продолжила, — стояла на своём вана, а затем та указала на меня глазами. — Что он тут забыл⁈ Зачем ты привела сюда своего мясника⁈ Ему тут не место!

Мириада сраных бед! Как же я устал от этих благородных.

— Мясника⁈ Ты обиделась на него из-за пары убийств? — весело рассмеялась Нефрит, с каким-то одобрением глядя на моё лицо. — Ему совсем не идёт такое прозвище. Не так ли, Ранкар?

— Вы правы, юная госпожа, — безразлично кивнул я.

— Пары⁈ — ощерилась внезапно Линнея, выступая вперед. — Он уничтожил восемьдесят девять моих соотечественников. ВОСЕМЬДЕСЯТ ДЕВЯТЬ!"

"До сей поры компашка младших наследников стояла чуть позади, и молодая вана первой не выдержала насмешек Кайсы, но судя по угрюмому взору её сестры Линары, та не слишком была рада такому поведению родственницы.

Надо же? Восемьдесят девять? Неожиданно.

— Он будто зверь намерено истреблял других участников! Среди тех, кого убил ваш цепной пёс были хорошие женщины и мужчины. Они…

— Во имя Небес! Хорошие⁈ — пуще прежнего рассмеялась Кайса, нагло перебивая девушку и делая шаг навстречу. — Детка, надеюсь, ты не забыла, где находишься? Это отбор в рейтинг Неукротимых! Каждый из тех, кто сгинул понимал куда отправлялся! И разве тебя не учили не встревать в разговоры взрослых?

— Линнея, умерь пыл и знай своё место! — отрезала тотчас её сестра.

Ирззу распутницы мне в жены! Если с самого начала разбушевалась такая экспрессия, то что же будет дальше?

— Ты прекрасно понимаешь, рептилия, что твоего ублюдка тут будет ждать только смерть! — вдруг встряла в разговор Ульрика, самодовольно глядя на меня и на Кайсу.

А вот тут уже я не выдержал и весело хмыкнул, а после с вызовом взглянул на всё еще бледную Элейну и перевёл взор на сестру Снежинки.

— Смерть, значит? — повторил сухо я, смакуя её слова. — Что ж, пусть попробуют…

— Прикрой свою пасть и прояви больше уважения! — рявкнула ледяная ведьма, отчего её аура начала выходить из берегов, а протест тотчас напомнил о себе.