Эпоха мертвых. Москва

Надо будет – неделю понаблюдаем, посидим здесь, дождемся, когда страсти утихнут.

– Так понимаю, что мы с тобой опять в вечную разведку? – спросил Васька.

– Понимаешь правильно, с тобой и Лехой. Причем пешим порядком.

– Серый, пятнадцать верст. – опешил Леха."

"– Именно. – со злорадством в голосе подтвердил я. – Зажрались тут на машинах кататься. А сейчас я ни одну машину на дорогу не пущу, нехрен следы плодить. Пойдем пешком, через лес, по азимутам и джипиэсу. А всем остальным – маскировать транспорт, организовывать оборону.

Старший – Сергеич. Как поняли?

Все и все поняли, вопросов и возражений не последовало. Это хорошо.

– Леха, Вася, спим четыре часа, затем выдвигаемся. Лохматый камуфляж, сухпай на три дня, Леха – снайперку, Васька – эрпэгэ, всем пистолеты с глушителями, каждый несет «монку» и ОЗМ. Я прихвачу еще «муху». И будьте готовы волочь все ту пиротехнику, которую я сочту необходимым взять.

Перед тем, как завалиться спать, я залез в кузов грузовика и покопался в нашем ящике с пиротехникой, полученной в «Пламени».

Есть целая куча тротила. Есть пластит. Есть средства взрывания, причем самые разные, с этим у нас все нормально. Есть мины. Немало, если есть фантазия и знаешь местность. Фантазия есть, а вот местность я пока не видел. Разведаем – и что-нибудь придумаем.

Сергей Крамцов, партизан и диверсант.

4 мая, пятница, день.

После четырехчасового сна мы втроем направились в сторону дороги, откуда приехали, в пешем порядке. Шли быстро, но в стороне от дороги, стараясь нигде не наследить.

Леха шел с «Тигром», Васька нес уже привычный АКМ, ну а я взял что полегче – «сто пятый». В огневой контакт с противником вступать не собирались, поэтому несли в мешках только сухпай и мины. Основная задача рейда – придумать что-нибудь для создания максимальной неразберихи в стане противника.

Десять километров прошли осторожно примерно за три с половиной часа. Проверялись, осматривались, пересекли шоссе сделав немалый крюк, чтобы гарантированно не попасться никому на глаза.

Так и добрались до перестраиваемого хлебозавода. Крапчатый строил крепость. Бетонная стена в два ряда, заплетенная колючкой поверху, железные ворота, уже выкопанный ров вокруг и ряды колючки на кольях за ним, вышки, на которых высились баррикады из мешков с песком. Кто-то из бандитов все же что-то соображал в фортификации, хоть Вобаном его назвать было бы сложно.

Периметр хлебозавода обходился двумя патрулями по три человека в каждом, в противоположном направлении.