Эпоха мертвых. Москва

Например, все жители «господской территории» по вечерам начали собираться «на кофе» (что допускало самые широкие толкования) в холле «гостиницы», которую превратили во что-то вроде общей, хорошо обустроенной гостиной для всех апартаментов в доме. Там же полюбили играть дети.

Прислуга, набранная для работы на этой территории в основном из бывших работников гостиниц, тоже старалась, как могла. Работали теперь не только за совесть, но и за страх. Хотя еще ничего страшного на территории Центра не происходило, но люди знали и о тюрьме в «Пасеке», как по имени основателя именовали местную безопасность, и о «штрафных бригадах», в которых было в совокупности два человека всего, и самое главное – о том, что действие каких-либо законов на территорию Центра не распространяется.

Эти слухи, циркулирующие между людьми, умело распускали и подогревали люди Пасечника, который совершено разумно полагал, что страшные рассказики, передаваемые из уст в уста, могут быть намного эффективней любых публичных казней. Пусть лучше бродят слухи и обрастают подробностями.

Сам Бурко проявлял недюжинные дипломатические способности. После того, как часть войск, базировавшихся возле Твери, захватили (бескровно, при полной поддержке и любви персонала) Калининскую АЭС, что на севере области, у города Удомля, он лично направился туда с небольшой охраной, прекрасно провел время с местным командованием, попив хорошей водки и попарившись в баньке (что раньше у него очень редко получалось ввиду дефицита времени), и вернулся с соглашением о сотрудничестве.

Еще Бурко, невзирая на трудности на дорогах, полюбил ездить по окрестностям в составе небольшого конвоя. Его возил легкобронированный «Тигр» и два таких же бронированных «Водника» с полутора десятками человек охраны шли спереди и сзади. Зато самых лучших, подобранных лично Маратом Салеевым. Салееву, кстати, Бурко в вопросах личной безопасности доверял больше, чем бывшему милицейскому и тюремному генералу.