Енот-потаскун (СИ)

– Борода не зашла.

- Не борода, - Наташа снова погладила щетину. – Небритость. Дня три-четыре, а потом триммер на два миллиметра и раз в два дня подравнивать.

- Подумаю, - пообещал я, пинком отшвырнув мысль о том, откуда ей известны все эти тонкости."

"Ясень пень, откуда. Плевать. Мне тоже много чего о женщинах известно. У каждого свой багаж.

- Как спалось? – я положил руки ей на попу, маленькую, упругую, просто обалденную.

- Ммм… как принцессе на горошине. Что-то все время в ногу упиралось. Даже не знаю, что.

- И я не знаю. Хотя… догадываюсь.

Это был настоящий угар. Мы валялись по постели, возились, лапали друг друга, говорили жуткие пошлости и глупо хихикали. Пока в какой-то момент не замерли, глядя друг другу в глаза. Я вопросительно приподнял брови, она медленно опустила веки, дразняще улыбаясь.

- В кармане джинсов, - я продолжал смотреть на нее в упор.

На самом деле мне хотелось увидеть ее всю. В мельчайших подробностях. В ярком утреннем свете. И Наташа, похоже, это поняла.

Каждое ее движение, когда она встала и пошла к стулу, было таким, что у меня в глазах темнело. Все правильно, кровь до мозга не доходила – вся ушла в подвал.

Никакой увертюры не понадобилось. Оба завелись так, что уже не могли терпеть. Опираясь на колени и крепко сжимая мои бедра пятками, Наташа медленно опустилась сверху, позволяя мне войти в теплую влажную глубину. Она то наклонялась ко мне, упираясь в плечи руками, то поднималась и выгибала спину. Я смотрел на ее запрокинутую голову, приоткрытые губы, на маленькую грудь с заостренными сосками, и приходилось изо всех сил сдерживаться, чтобы не обогнать ее.

Ее стоны отзывались во мне, еще больше подстегивая…

- С ума сойти, - сказал я, когда потом мы лежали, обнявшись. Наташа положила голову мне на грудь, ноги как-то сложно переплела с моими и разве что не мурлыкала. – Скажи мне одну вещь…

Она подняла голову, посмотрела настороженно.

- Ну?

- Мы… вместе?

- Ты… хочешь?

Вот и понимай как знаешь.

То ли спросила, хочу ли я этого, то ли совсем другое имела в виду, тем более один в один скопировала интонацию моего вопроса ночью. Да еще сопровождая очень недвусмысленным прикосновением.

- Руки прочь, женщина! У меня было всего две резинки.

- Два раза – это твой суточный лимит? – невинным тоном поинтересовалась Наташа.

- Ах ты, змееныш маленький! – я стиснул ее так, что она пискнула. – Просто не ношу их с собой коробками.