Енот-потаскун (СИ)

Метров через сто я сообразила, что мы едем в сторону «Галереи», и по-Тошкиному сжала руки на груди:

- Антон, пожалуйста, пожалуйста, давай у «Галереи» притормозим ненадолго?

- Что, такой стресс надо снять шопингом? – хмыкнул он. - Ванна с бухлом не поможет?

- Да нет, все нормально. Просто сапоги зимние нужны, холодно уже. И все не выбраться никак никуда. Я быстренько.

- Хорошо. Сапоги – это святое. Лапы должны быть в тепле.

Высмотрев свободное место, он припарковался и повернулся ко мне:

- Хочешь, с тобой пойду?

- Нет, извини.

Я буду мерить миллион пар, а ты будешь говорить: «это круто», «это ужас», а я буду думать наоборот и ничего не куплю. Лучше сама.

- Ну как скажешь. Вообще в таких местах надо устраивать специальные комнаты для мужей. Вроде детских. Где можно ждать в компании себе подобных.

Я сделала вид, что ищу что-то в сумке.

Антон, пожалуйста, не дави на меня. Я все слышу и понимаю все твои намеки. Надо быть полной дурой, чтобы не понять. Ты боишься сказать, что любишь меня и хочешь на мне жениться, потому что не знаешь, что я отвечу.

А что мне ответить? Я в себе-то не могу разобраться, как мне за нас обоих решать? Пожалуйста, не торопи меня.

- Ага, с пивом, чипсами и симпатичной воспитательницей.

- Да, как-то так. Денег-то хватит? Может, подкинуть?

И вот этого тоже не надо.

- Спасибо, хватит.

- Если вдруг не хватит, свистни, переброшу на карту. Ладно, пошли. Я тоже себе кое-что посмотрю. Встречаемся через… полтора часа – нормально?

31. Антон"

"Разумеется, полтора часа мне были ни к чему.

Я вообще одежду в основном в интернете заказывал. С примеркой при доставке. Никогда не любил по магазинам ходить. И, если честно, едва удержался, чтобы с облегчением не вздохнуть, когда Наташа отказалась от моего предложения пойти с ней. Нет, пошел бы и героически все перенес, но… Ладно, как бабушка моя говорила, господь намеренья целует.

Прошелся, купил для маскировки пару футболок и засел в фудкорте с чашкой кофе. Читать свои учебники в телефоне.

Можно было, конечно, и в машине остаться, но не хотелось, чтобы Наташа это воспринимала как жертву. Что сижу и мученически ее жду.

Минут через десять я сообразил, что уже раз двадцать перечитываю одну и ту же фразу и ни черта не могу понять. Хорошо, сделаем иначе. Маску ненадолго снимем, дадим коже подышать. И кошек скребущих выпустим на свободу. Резвитесь, мрази.

Когда я вошел на кухню, мама резала торт, и вид у нее был… не самый радостный.