Та, что подарила жизнь

Снова малодушно как-то получалось.

Вера, чтобы отвлечься, подняла руку и коснулась дорогой обшивки машины.

В это же время Тарас коснулся её.

Он положил руку на колено Веры."

"Девушка не вздрогнула, не сделала резких движений. Ей почти удалось сохранить спокойствие. После вчерашнего, когда Тарас касался её куда откровеннее, это прикосновение казалось почти невинным. И сразу же в душе Веры зародился протест! Как раз это прикосновение было гораздо интимнее! И важнее, чем все вчерашние.

Вера посмотрела на руку Тараса.

Как же сильно его били! Лицо, руки… Она не видела тела. На нем тоже были «следы» их ночи любви?

Рука Тараса дарила тепло. Он не сжимал пальцами её колено. Не перебирал ими, лаская кожу. Нет. Просто положил.

Дотронулся.

Один жест, значащий безумно много.

Для Веры так точно.

– Я улетаю на неделю.

Он не глушил двигатель. Повернулся к ней и посмотрел на Веру. Его рука по-прежнему согревала её колено.

Что может быть проще – потянуться к мужчине и прижаться к его губам? Попробовать, так ли колка щетина? Или она, наоборот, будет приятно щекотать кожу? У Веры пересохло во рту. Она нащупала ручку двери, нажала на неё. Та с легкостью поддалась.

– До связи. Плодотворной поездки.

Вера бежала.

В первую очередь от себя.

Глава 16

Сабуров сдержал слово – её никто больше не беспокоил.

Тишина вокруг Веры была настолько странной, едва ли не осязаемой. Даже поначалу напоминала девушке «домашний арест», под который её посадил Сиваков. Не было посторонних людей в доме, никто не слонялся по саду.

Опять же, как и сказал Тарас, её машину проверили. Нашли «жука». Раиса подняла панику и очень настоятельно попросила проверить все имеющиеся у них машины, а также дом.

Работали три человека, обследовали каждый угол дома.

Сиваков звонил и Вере. Она не взяла трубку. Раньше разговаривать надо было.

Да и что они могли сказать друг другу?

Вера ждала звонка от Тараса.

Зря…

Он ни разу не позвонил и не написал ей. Она злилась сначала на него, потом на себя.