Сводные поневоле

Харизматичный. В детстве я мечтала о том, что мой принц будет именно таким. Похожим на Никаса.

— Решать самой все, что касается моей жизни.

— То есть свадьбу отменять не станешь? — едко спросил он.

— А даже если так, то что? Алан — нормальный парень.

— Тогда ее отменю я!

Вот теперь брат стал собой. Горящий взгляд и жесткий бескомпромиссный тон.

— Ничего не меняется, да, Ник? Ты снова у руля?

— Послушай, так будет лучше для тебя…

— Да откуда ты знаешь, что для меня лучше?! Ты каждый раз твердишь одно и то же.

— Ты не права…

— Да права я! Тот, кто любит, думает о любимом человеке, а не о том, как бы удовлетворить свои потребности! Ты хотел обезопасить себя — приказал мне выйти замуж. Выяснилось, что можно поддаться собственной слабости — все, забудь про жениха. А может, я не хочу? Может, я влюбилась?!

Никас побледнел, нервно сглотнул и даже сделал шаг ко мне, но я тут же отступила.

— Что значит влюбилась? В Алана?

— А ты думал, у меня камень вместо сердца? Или что я кукла бесчувственная? Представь себе, мне могут нравиться парни! Другие парни! Не ты!

— Если ты про своего Дэна, то этот недоумок тебя недостоин! Он таскается по стрип-барам и зажигает с продажными девками!

— Ты… следил за ним?

— Ради твоей безопасности, — как будто так и надо, ответил Ник.

— Ты псих! — закричала я. — Недоумок! Это моя жизнь! Сколько же тебе говорить? И мой выбор!

— Ты достойна лучшего, Ева! — рявкнул в ответ брат.

— А лучшее это, конечно же, ты?

— Да!

Тут я просто выдохлась. Поверила, что Никас может быть другим? Повелась на его слезливые слова о прощении? Дура! Трижды дура!

— Слушай, я… Я с ума схожу, стоит только подумать, что ты… — нервно заговорил он. Судя по выражению лица, о своем срыве он уже жалел. — Ты нужна мне, Ева. И всегда была нужна. Я люблю тебя. Люблю не один год. Прости, что все вот так… Но я не отступлю. И буду бороться. Даже если ты назло мне выйдешь замуж за Бестужева.

— Я что, по-твоему, вещь?

— Нет. Ты — мое сердце, — просто ответил он, выбивая у меня из-под ног землю своим признанием. — Я пытался жить без него. И получалось у меня откровенно хреново. Я пытался научиться не чувствовать, отрезать все живое, забыть обо всем, что связано с тобой. Но правда в том, что у меня выходило из рук вон плохо. Я смогу без тебя, Ева. Смогу. Но не хочу.

— Хватит, — прошептала я дрожащим голосом.