Элемента.T

И все они вместе и Истинные, и Мудрецы, и Титаны, и Свободный народ, каждый из них привнёс что-то своё в Элементу, чтобы к тому времени, когда ваша раса встанет на грань просветления, избранные могли спасти свой народ.

— Но наша раса на грани выживания, — поправил его Дэн.

— К сожалению, — услышал его бог и вздохнул. — Вы слишком долго прожили рядом с людьми.

— Почему же ты взялся им помочь, а не поддержал в этой борьбе своего отца? К тому же зная, что и тебя постигнет его печальная участь? — спросил Дэн.

— Потому что мы с Артемидой не были его настоящими детьми.

Дэн на секунду задумался, и Феликс видел, как внимательно он посмотрел на него, стоящего за Пеоном.

— Что ты этим хочешь сказать?

— Истинные боги были близнецами. Две пары близнецов и в каждой мальчик и девочка. Аполлон и Артемида. Феликс и Эмма, — он сказал это так, словно Феликса здесь и не было.

— Ты хочешь сказать, что Феликс тоже твой сын? — Дэн смотрел теперь только на Пеона.

— Я же говорю, что вы глупы, слепы и слабы. Нет, он не мой сын. Но также, как и я, он — его прямой потомок.

— Ты говорил, что мы обделённые, а не глупые, — подал голос Феликс, словно всё остальное сказанное его не касалось. Он умел не поддаваться простым эмоциям. — И это не одно и то же.

— Но его отец, — хотел что-то сказать Дэн, но Пеон его перебил: — Также, как и мой отец, ничего об этом не знает. И на самом деле это не так уж и важно. И для вас ничего не меняет.

— И всё же именно тебя выбрали истинные боги исполнить их волю, — напомнил Дэн и затем повторил вопросы, которые задал Феликс. — Что значит мы слепые и слабые? И чем мы обделены? И в чём секрет этой Элементы, который за тысячи лет, видимо, был окончательно утерян.

— Хорошо, хорошо, — примирительно поднял руки Пион, — вы, я вижу неплохо спелись, работаете командой. Я отвечу. Вы обделены способностями, поэтому мой долг был дать их своей дочери. Вы слепы, потому что у вас нет Пророчицы.

— Но в этом-то ты можешь нам помочь? — настаивал Дэн. — Твоих знаний хватит?

— И да, и нет, — и это был уже третий раз, когда он так сказал.

Феликс хмыкнул и наконец, удосужился внимания этого несчастного бога.

— Ты просто истинный близнец, никогда не даёшь однозначных ответов, словно одна твоя половина всегда говорит «да», а другая «нет».