Элемента.N

Вдруг кому-то захочется с ней поговорить по душам, как, например, Виктории, а Изабеллы, которая обязалась приглядывать за ней весь вечер, рядом не будет.

Ева оглянулась по сторонам. Куда они обе запропастились? Не было и Арсения. Не было и Дэна с Викторией. Как ни печально это осознавать, но теперь их имена приходилось произносить вместе. Где Дэн там Виктория. И где Виктория, там Дэн.

Зато приехал Феликс. Где были её глаза, когда она смотрела список гостей? Потому что он был не один. С ним были отец и мать.

Альберт Борисович привычно поторопился навстречу новым гостям, и это было странно.

Жаль, что нельзя было раздвоиться, потому что действие разыгрывалось одновременно на двух сценах. С одной стороны, её мать, Елизавета Витольдовна, довольная и счастливая, осыпая улыбками и любезностями, приветствовала отца Феликса, называя его не иначе как граф Какой-то там (Ева не расслышала). С другой стороны, судя по тому, как запросто поприветствовал отец Арсения Клару, Ева поняла, что именно с ней они знакомы. Но Клара, стройная, ухоженная, с огненно-рыжими волосами не смотрела на Ала, она смотрела на направляющуюся прямиком к ней Еву и лицо её выглядело испуганным.

— Анна, — представил Альберт Борисович Еву Феликсу и не добавил про родственницу.

Феликс кивнул, Ева улыбнулась. Забавно, что он её не узнал. То, что она в этом теле он знал только теоретически, от Эммы, поэтому не удивительно, что он не понял.

— Анна!? – не дала возможности Еве больше думать про Феликса его мать. — Но этого же не может быть.

— Почему не может? – строил из себя дурачка Альберт Борисович, и Ева догадывалась, что он вёл какую-то игру, намеренно пригласив Клару, намеренно не называя Еву родственницей.

— Потому что она умерла. Двадцать лет назад.

Глава 28. Клара"

"На подиуме они остались втроём – Ева, вернее Анна Гард, её муж и Клара, мать Феликса.