Элемента.М

А теперь какая уже разница! Столько лет прошло!

- А как он погиб? - Ева спросила, хотя помнила.

- Да разбился он на мотоцикле, разве ж ты не знаешь? - удивился дед.

- Знаю, но вдруг у вас какая другая версия есть? - призналась Ева."

"- Да какие там версии! Пол деревни видело, как он на дерево это налетел, - и глаза деда неожиданно затуманились.

Ева помнила с детства эту жуткую историю про то, что на нем не было ни одной царапины. Если бы не единственная ветка, которая пробила висок. Бабушка все говорила: ""Слава богу, что Светка с ним не поехала!""  И Ева действительно этому была рада, потому что сильно переживала за маму, а потому судьбу её погибшего мужа не сильно принимала к сердцу по малолетству.

Но сейчас, глядя во влажные глаза его отца вся глубина этой трагедии предстала перед ней совсем в другом виде. Никто не любил рассказывать об этом браке. Ни бабушка, ни сама мама, ни Евин дед, из которого лишнего слова клещами было не вытянуть. Да Ева и не хотела знать. Её больше интересовал её настоящий отец, которого тоже не было.   Но ведь это была трагедия, которая касалась не только её семью. Ева посмотрела на деда, он словно застыл, глядя куда-то в стену. Но почувствовав её взгляд, встрепенулся.

- Любовь у них была. Не знаю, как бы все сложилось, если бы не та авария. Может разбежались бы, а может и жили бы. Как знать! Но то, что любили они друг друга, то бесспорно, - дед посмотрел на Еву, прищурившись.

Ева промолчала. Ей стало как-то неудобно, что она никогда не знала, что у человека, которому она обязана своей фамилией и даже отчеством, есть отец.

Наверно, неправильно это.

- Почему Вы не никогда не общались с моим дедом и бабушкой? Я даже не знала, - она замолчала на полуслове, не зная, как продолжить.

- Это старая история. Мы с твоим дедом как-то смолоду характерами не сошлись. А потом они против этих отношений были. А я договорился и Серёгу с матерью твоей официально расписали. Тогда они меня и вовсе за врага народа сочли. А потом Сергей погиб. И всей истории конец.

- А мама? - просила Ева.

- Да она то ещё девчонкой совсем была. Оба они ещё детьми, считай, были. Она ходила ко мне какое-то время. Но нам вдвоём с ней только хуже было. Она, наверно, хотела все забыть. А я наоборот, забыть боялся. И не хотел. И не мог. Ей было со мной в стократ тяжелее это пережить, чем одной. И она вскоре уехала в город. На совсем. А я остался. Один.

И дед снова сказал это без горечи, без укора. Ева посмотрела на него пристально.