Ел я ваших демонов на завтрак! Том 2

Я опешил — что-то как-то слишком много заветных и легендарных мечей на одного меня.

— Зачем мне этот меч? — спросил я.

— Тебе он не нужен, — ответил лаборант. — Ты должен только принести его. Меч для императора.

— А императору он зачем? — продолжал я расспрашивать Райко. — Что у него, мечей нет, что ли?

Конечно, я сейчас провоцировал Райко. Я в этом мире уже держал в руках свою катану, а нож с гравировкой и вовсе спас мне жизнь. Я понимал ценность оружия, особенно уникального. Но я хотел, чтобы лаборант сказал мне как можно больше.

Но вывести из себя этого человека было не просто.

— Слушай, Кизаму, — ответил он. — Я и так сказал тебе слишком много. Не заставляй меня говорить больше. Если тварь узнает о мече, меня казнят. Я уже несколько лет не покидаю лабораторный корпус — это моя плата за информацию. Тебе я сказал только потому, что верю в тебя. Ты сможешь сопротивляться воздействию Кутуруку.

Я слушал лаборанта Райко и думал о том, что мы это уже проходили в моём мире.

Больше Райко мне ничего не успел сказать. Вернулась Оринэ-сэнсэй. Она бледная и растерянная остановилась в дверях

— Что-то ты быстро, — начал было Райко и тут же замолчал.

Позади Оринэ стоял высокий худой человек в кимоно с вышитыми золотом драконами.

* * *Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»

Как-то нарвался майор на мошенников.

Час ночи. На телефон приходит смс следующего содержания: «Мам, у меня тут проблемы. Попал в ДТП. Срочно нужны деньги 20–30 т.р.»

На что майор ответил: «Да, я мама. Приезжайте все вместе, покормлю. А так как сися у меня одна, сосать будете по очереди!»

Глава 20

Позади Оринэ-сэнсэй стоял высокий худой человек в кимоно с вышитыми золотом драконами — на правой стороне дракон полз вверх, на левой — спускался вниз. Волосы его были собраны на макушке в пучок, скреплённый широким кольцом жёлтого металла и двумя спицами, навершия которых тоже украшали золотые драконы.

Едва Райко увидел мужика, как тут же упал на колени и лёг, вытянув руки перед собой.

Мужик — это, конечно, громко сказано. Ему было от силы лет двадцать. По большому счёту он был всего лет на пять старше меня нынешнего.