Экзамен по любви, развод не предлагать

Он ведь не позволит ей упасть? Утонуть? Потеряться?

— Ты со мной, маленькая, со мной…, — прочел ее мысли, горячо зашептал, медленно и плавно толкнулся глубже.

Рада не сдержала рвущийся стон. А дальше — сплошное безумие.

Горячо… Жарко… Прикосновения обжигали. Поцелуи были желанной пыткой. А хриплый шепот — музыкой.

***

— Почему не спишь?

Рада с трудом приоткрыла глаза. Влас и вправду не спал. Стоял перед окном, выпуская в форточку сигаретный дым.

— Да так, разбудили, — отмахнулся Влас, потушил сигарету, — со мной поедешь? Или поспишь еще?

Радмила села в постели, натянула одеяло повыше.

— Кто разбудил? — зевнула Рада.

Влас подошел к ней, присел на корточки, коснулся ладонью ее щеки, обхватил лицо.

Запах сигаретного дыма уже стал привычным и неотъемлемым, но все еще был резким. Да и спросонья Филатова плохо контролировала мимику, потому и поморщилась.

— Согласен, надо бросать курить, — рассмеялся Тихоновский. — Егор разбудил. Говорит, надо ехать в управление. Золынкова созрела для заявы.

— Я с тобой! — потребовала Рада.

— Нет, ты поедешь к Настасье. Потусите там вдвоем. А я вернусь сразу, как только освобожусь, — покачал головой Влас.

Его губы заскользили по ее губам. Легко целуя, лаская.

Рада улыбалась, как дурочка. У нее не было сил ему возразить. Она плавилась от прикосновений любимого.

— Егор Арсеньевич справится? Он теперь твой адвокат?

— Да мы разрулим все в досудебке, — самоуверенно хмыкнул Влас.

— Разумеется! И борщ тебе приготовлю, — пообещала Рада.

— Если как у мамы твоей, то давай доставку закажем? — заржал Тихоновский.

— Сейчас обижусь, — предупредила Радмила и шутливо дернула его за волосы.

Влас лишь громче рассмеялся, ловко опрокинул Раду на спину, устроился сверху.

— Слезай с меня, Тихоновский! — фыркнула девушка.

— Не могу. Здесь столько всего интересного! — смеялся Влас.

Мужчина перехватил ее запястья, придавил к подушке, зафиксировал над головой одной рукой. А свободной принялся щекотать, скользя по ребрам.

Радмила извивалась и хохотала. Одеяло сбилось. А под ним девушка была совершенно голой.

— Ну вот, это я и имел ввиду, — коварно и плотоядно клацнул зубами Тихоновский, накрыл свободной ладонью провокационно торчащий сосок.

Удерживая запястья Рады над головой, Влас качнулся вперед.