Экзамен по любви, развод не предлагать

Слегка тянет, заставляя Раду запрокинут голову. И впивается ртом в приоткрытые розовые губы…

От такой острой, крайне реалистичной фантазии в штанах у мужчины стало нестерпимо тесно. Благо, Рада смотрела сейчас в его глаза, а не…

— Ой…, — выдохнула Радмила.

Влас решил, раз уж его намерения раскрыты, зачем шифроваться и дальше?

Тихоновский качнулся вперед, перехватил Раду, потянул на себя. Ладонь опустил на ее поясницу и прижал.

Поймал момент, когда глаза малышки стали еще шире, от удивления. А румянец на щеках стремительно расползался.

— Приезжай сегодня ко мне, малышка, — пробормотал Влас. — Я серьезно. Я бы сводил тебя, как полагается, на свидание. Но тут реально завал. Провожусь до полуночи.

— Это все как-то…, — вяло попыталась возразить Радмила.

— Когда же ты примешь тот факт, что мы встречаемся?! — начал терять терпение Влас.

— А мы встречаемся? Это не прикол?

— Радмила! — замычал Тихоновский, вздохнул, понимая, что его вновь уносит. — Ладно. Хорошо. Что мне сделать, чтобы ты поверила в серьезность ситуации?

— Для начала — отпустить меня, — предложила Рада, однако Влас лишь крепче прижал девушку к себе.

— Хорошо, — пожал плечами Влас.

Радмила была миниатюрной, потому Влас с легкостью подхватил ее, приподнял над полом и, развернувшись, усадил на стол.

— Тихоновский!

— Вредная девчонка, — пробормотал мужчина.

Он, честное слово, не собирался ничего такого делать. Не сейчас ведь, когда за дверью ждет сестренка. Да и рабочий день в разгаре.

Однако никакие уговоры не помогали.

Влас ловко вклинился бедрами меж острых коленок. Руками зафиксировал ягодицы Рады так, что девчонке некуда было деться от него.

— Что ты вытворяешь, а?! — шикнула на него Радмила.

— Можешь минутку помолчать? — пробормотал Влас.

Прижался ртом к нежным губам. Смял их. Языком раздвинул, ворвался в сладкий плен.

И обалдел, когда ощутил тонкие пальцы в собственных волосах, на затылке, плечах.

Рада пыталась то ли оттолкнуть его голову от себя, то ли, наоборот, прижать сильнее, крепче.

Мужчину уносило от того, насколько ему нравилось целоваться с Радой. Изучать ее сладкий ротик своим языком. Поглаживать, ускорять темп.

В какой-то момент Влас осознал, что поцелуй давно превратился в откровенный, эротичный. Да и вообще, пальцы Тихоновского оказались под блузкой, нырнули глубже, касались аккуратной груди прямо через атласную ткань лифчика.