Экспедиционный корпус

В конце концов мы в республике, хе-хе, где сословия отменены. Вот и попробуешь, как оно.

— Благодарствую… Михаил Антонович.

— Ну вот, другое дело.

Михаил налил в чашки крепко заваренный чай. Пододвинул вазочку с печеньем и сахарницу.

— Пей… не стесняйся.

Михаил сам отпил из кружки, хрустнув печенюшкой. И снова едва не рассмеялся, вспомнив набившую оскомину мем-фразу «переходи на темную сторону, у нас есть печеньки», потому как действительно собирался вербовать фельдфебеля, а уж какая это сторона… ну точно не светлая.

— Благодарствую… В окопах очень не хватало чаю… а к этому кофию так и не привык…

— Да там от кофе одно название, — грустно засмеялся Климов. — Больше бурда какая-то из ячменя и цикория. Впрочем, настоящий кофе тебе не факт, что тоже понравится.

Анисимов кивнул и допив чай выжидательно уставился на штабс-капитана.

— В общем Прокопий, — после короткой паузы, начал говорить Михаил, — прежде чем начать разговор, хочу тебя спросить, ты выжить на этой войне хочешь?

— Кхе-кхе! — закашлялся Анисимов и хорошо, что в этот момент ничего не пил и не ел.

 — Скажете тоже Михаил Антонович… конечно хочу, кто ж не хочет-то?

— Ну, вдруг… чего только в жизни не бывает? — улыбнулся Климов. — Но раз помирать не собираешься, то сам прикинь свои шансы на выживание. Видел ведь как тут воюют.

— Да уж… бестолково как-то. Бегают туда-сюда без всякого результата, только людей кладут почем зря…"

"— Вот и я о том же. Беда в том, что и нам так же бегать придется.

Сейчас Брусилов оттягивает фрицев на себя и как только на франко-германском фронте останется минимум немецких войск, франки пойдут в наступление. Не избежать и нашего участия в сем действе. Я так прикинул и вышло у меня, что после масштабных атак-оборон выживет в лучшем случае треть, причем половина из выживших получит ранения разной степени тяжести.

— Понимаю… И что вы хотите сделать?

Климов вздохнул. Как-то тяжеловато давался ему этот разговор, так что до последнего оттягивал выход к главной теме.

— Хочу сразу сказать, что дезертировать не получится…

«Особенно мне», — грустно подумал он.

— Кхе!

— Удивлен? — усмехнулся Михаил.

— Есть такое дело, Михаил Антонович, — кивнул Анисимов.

— Ну да, дворянин, все дела… Но это еще что, так, цветочки. Ягодки будут впереди… В общем, нам, чтобы не получать раны почем зря, вроде тех, что выхватил я и остальные солдаты от осколков, нужна более мощная защита.