Эксперимент

Искренне тебе советую распробовать неизведанное как можно быстрее, – поддевает край полотенца, касаясь пальцами моей мокрой кожи бедра. Господи, ну почему он не какой-нибудь пузатый страшный урод? Почему на нем такой вкусный запах парфюма? И еще тысяча раз почему! – Иначе скоро превратишься из Дюймовочки в жирную коротышку, – усмехнувшись произносит Архангельский и проводит губами по моей шее."

"Это полный провал! У меня в квартире каким-то образом оказался посторонний, пусть и знакомый мужик. И вместо того, чтобы озадачиться мыслью о том, как он мог здесь оказаться, я стою как парализованная, прислушиваясь к своим ощущениям.

И это, черт возьми, приятно. Инстинктивно откидываю голову на стенку душевой, самолично давая зеленый свет его шаловливым губам продвигаться дальше. Ну вот что он творит? Скотина… А ведь он только что сказал, что я, вероятнее всего, превращусь в жируху!

Не все, однако, потеряно. Несмотря на волну мурашек, пробежавших по телу от прикосновений его губ, я собираюсь с духом и протискиваю руку между нашими телами.

Упираюсь ладонью в его грудь.

– Ну и что будет, если я превращусь в тушу? Все, отвалишь?

– И тогда я затрахаю тебя сильнее, чем мог бы, чтобы ты сбросила лишние килограммы. Все, Наталь Санна, выдыхай. Я выхожу, – намеренно проводит губами по моим и отстраняется.

Не знаю, что у него там в действительности с выполнением обещаний, но сейчас Архангельский реально делает шаг к двери и выходит из ванной.

Остервенело вытираюсь полотенцем и хватаю шелковый халат.

И тут до меня доходит. Надену его и все. «Курица» не сбежит. Осматриваю небольшую полку в ванной. И взгляд цепляется за старинную хлопчатобумажную безразмерную сорочку. И пусть она лежит здесь скорее на тряпки для пыли, но сейчас она будет в самый раз.

Надеваю это цветастое недоразумение и… стопорюсь. Если натяну на себя нормальное белье, то будет не стыдно и в итоге неприлично обаятельная и наглая сволочь меня точно соблазнит. А если надену стремные трусы с дыркой, предназначенные для красных дней, то точно не позволю ему их увидеть.

Да, надо сохранить висящую на сопле честь.

Сама не поняла, как захохотала в голос от дурости происходящего. Однако, надеваю все стремное. И плевать мне на самом деле на эту честь. Совершенно ненужный атрибут в нашей жизни. Но я сделаю все, чтобы Славику, мать его Викторовичу, так быстро ничего не обломилось.

Из ванной выхожу в полной боевой готовности.