Эксперимент

Да, я банально хотел как можно дольше пожить беззаботно, не разбираясь с Машиным отцом. И да, я косячу, как и все. Ты тоже не идеал. Но если помнишь, я сказал тебе правду, после нашего первого секса. Я не планировал ничего серьезного, кроме как трахнуть тебя пару раз. Но планы в отношении тебя поменялись, о чем я тебе тоже сказал. Не проговорил вслух почему поменялись? Ну если тебе хочется услышать очевидные вещи, то пожалуйста, от меня не убудет. Да, я влюбился в тебя. Втрескался. Какие там еще есть синонимы? – вот как эта сволочь это делает?! У меня вообще есть хоть капля гордости или я вот так и растаю от его слов?! – В общем, не для Марии мой питон вырос.

Будешь хорошей девочкой, тебя замуж позову, – к счастью, от моей гордости еще что-то осталось. Последние слова Архангельского меня здорово отрезвили.

– А не пошел-ка бы ты в жопу? Ты последний, кого я когда-нибудь рассмотрю в качестве мужа, – и все же, мой язык – враг. Я хотела вывести Славу из себя. Да, хотела. Но в момент, когда он хватает меня за запястье, мне становится не по себе.

И вроде бы сжимает не больно, но взгляд у него злой.

– Я тебя предупреждал, что со мной надо фильтровать речь? Предупреждал о последствиях?

– Невесту свою предупреждай. И руку отпусти.

– Ты знаешь, Наташ, я терпеливый, но и у моего терпения тоже есть границы. Я понимаю, что ты добиваешься того, чтобы я вышел из себя и тебе было бы на что смертельно обидеться, но этого не будет, дорогая. Даю тебе бесплатный совет – начинай взрослеть. Как будут положительные сдвиги, приходи и покажи мне свое взросление сама.

Я за тобой, Наталь Санна, бегать не буду, – это что он меня сейчас бросает?! Он, а не я его? – И да, включу, пожалуй, злого дядьку. Не забывай, ты по-прежнему на меня работаешь.

Глава 34

Глава 34

Лучше бы Архангельский и вправду включил злого дядьку и приволок меня к себе за шкирку, чтобы я отработала эту долбаную статую. Но вместо этого полное затишье.

Никогда не думала, что человека может так ломать от отсутствия другого человека. Я напоминаю себе психически нездоровую девку, впадающую из крайности в крайность.

То смеюсь как припадочная, закидывая в себя несметное количество шоколада, то плачу, забывая поесть. На месте не сидится, все время зачем-то встаю, расхаживая по комнате. Может ли человек за четырнадцать дней сойти с ума? Наверное, да.

На двадцатый день, взглянув на себя в зеркало, понимаю, что больше не могу. Мне надо увидеть эту сволочь. Просто увидеть. Но для этого нужен весомый повод.