Эхо вины

Неплохая интуиция, умение понимать и предугадывать потребности партнера и постоянная готовность приударить за какой-нибудь красоткой – вот так Бейкер описал бы Мура в нескольких словах. При этом следователь понимал, что это описание абсолютно поверхностно. Достоинства и недостатки личности Натана Мура оно не затрагивало никоим образом.

– Когда вы познакомились с миссис Вирджинией Квентин? – спросил он нейтральным, деловым тоном.

Мур на несколько мгновений задумался:

– Девятнадцатого августа.

Значит, мы знакомы почти три недели.

– А до этого момента вы знали кого-нибудь из семьи Квентинов?

– Лично – нет. Но пока мы стояли на якоре в Портри на Скае, моя жена работала у них некоторое время помощницей по дому и саду. Поэтому некоторое представление об этой семье у меня было.

– С Ким Квентин вы познакомились тоже девятнадцатого августа?

– Да.

– Как девочка относилась к вам?

– Насколько мне показалось, неплохо. Хотя в тот момент она, конечно, еще не понимала…

Мур оборвал себя на полуслове.

Бейкер внимательно поглядел на него.

– Так? Чего не понимала Ким?

Натан замялся, и Бейкер понял причину этой заминки.

– Мистер Мур, мне известно о том, что вы вступили в интимные отношения с миссис Квентин. И что вы строили с ней планы на будущее. Я предполагаю, что исчезновение девочки может быть связано с этим обстоятельством.

– Значит, вы в курсе, – сказал Мур, – и я могу говорить свободно.

– Я весь внимание!

– Вот вы спросили, как относилась ко мне Ким… Я думаю, что девочка ничего не знает о наших с Вирджинией амурных делах.

Иначе она не относилась бы ко мне с такой симпатией. Ким сразу почувствовала, что мать стала уделять ей меньше внимания, чем раньше, и поэтому у нее появилось чувство, что нормальному течению ее жизни что-то угрожает. Именно поэтому она и спряталась однажды. Думаю, и на этот раз так получилось по той же причине.

Бейкер кивнул.

Про себя он отметил, что свои отношения с Вирджинией Натан обозначил как амурные дела. С одной стороны, Мур был иностранец, который мог не знать определенных словесных тонкостей. С другой стороны, могло оказаться так, что всей этой любовной истории он придает гораздо меньшее значение, чем Вирджиния. Наверное, для расследования это было не слишком существенно, но Бейкер привык замечать все детали, все тонкости.

– Понимаю, – отозвался он.