Эхо вины

Я ничего не знаю, правда. Я сильно болела. В последние дни он вообще не сообщал мне ничего о своих планах. Я не знаю даже всего, что случилось за то время, пока я лежала в больнице. Где Натан, где ваша жена – мне известно не больше вас. Клянусь вам. Мистер Квентин, прошу вас только об одном, не выбрасывайте меня на улицу. Мне совершенно некуда идти."

"Взгляд, которым Фредерик окинул Ливию, не был брезгливым, но в нем с предельной отчетливостью отразился немой укор. Чувство безграничного унижения захлестнуло Ливию всю без остатка, и она даже на несколько секунд прикрыла глаза рукой от невыносимого стыда.

Пусть. Но он хотя бы не выставит ее за дверь.

Часть вторая

Пятница, 1 сентября 2006 года

1

Они ехали уже два часа, и Вирджиния почувствовала, что страшно проголодалась. А ведь еще сегодня утром, проснувшись в холоде и тьме, она думала о еде с отвращением. Все мышцы и кости у нее ныли, шея затекла. Повернув голову, она даже легонько вскрикнула от боли.

На улице было холодно и сыро, и, несмотря на сумерки, она сразу заметила, что на землю опускается непроницаемый туман.

«Да, я, похоже, уже не гожусь для того, чтобы ночевать в машине, – хмуро думала Вирджиния. – Старею».

Она толкнула дверь автомобиля, выскользнула наружу, с усилием стянула с себя джинсы и трусики и присела прямо в мокрой траве. Было темно, и ни души вокруг. Их машина стояла на обочине второстепенной дороги, которая петляла по северной части Англии.

Сейчас они находились недалеко от Ньюкасла. До шотландской границы было рукой подать, однако вчера вечером они так устали, что уже не могли ехать дальше. Вирджинии очень хотелось найти хоть какую-нибудь гостиницу, пусть даже самую захудалую, но Натан заявил, что ночевать в машине нисколько не хуже. У нее возникла мысль: наверное, ему неловко, что платить за гостиницу придется даме. Она платила за бензин на заправках, покупала еду… Съестное они приобрели в маленьком универсальном магазинчике в одной из деревень. Там оказались на удивление хорошие сэндвичи, а ведь Вирджиния с Натаном сильно сомневались, что в таком глухом местечке, затерявшемся на краю географии, найдется хоть какая-то приемлемая еда.

Они запивали бутерброды минералкой, наслаждались тишиной и уединенностью, которую нарушали порой лишь любопытные приблудные овцы. Здесь было значительно холоднее, чем в Норфолке.