Его выбор (СИ)

— Сестренка, тебе надо взять себя в руки. Лошади понесут, если ты в таком виде попытаешься подойти к ним.

Я опустила взгляд на руки и поняла, что сквозь кожу давно пробилась железная чешуя.

— Лорноту не жить.

— Не жить, — согласился Даян. — Но не вздумай сама вырвать ему глотку. Плохо скажется на репутации.

Отвечала я с трудом, поскольку во рту начал прорезаться второй ряд клыков.

— Я. Постараюсь.

Ровно через три минуты я вышла с парадного подъезда и вдохнула холодный воздух. Осень вступала в свои права, отнимая часы у светового дня и кутая город в промозглую сырость.

Но я была настолько зла, что не чувствовала холода. Как будто была не магов железа, а магом огня, и в груди у меня пылало бешенство.

Отряд сопровождения сменился, и я рассеянно мазнула по бойцам взглядом.

Ну, почти сменился. Вальтер остался и в этом составе, но что-то изменилось в его взгляде. Я не могла сказать, что конкретно, потому что задерживать взгляд дольше положенного не стала. Мне было неинтересно, что твориться в голове у этого мага.

У меня только что убили единственных свидетелей измены короне, и это единственное, что меня волновало.

— Ваше Высочество, — поклонилась Клэр, и остальные последовали ее примеру.

А я лишь молча кивнула и забралась в карету. Второй ряд клыков еще не втянулся, а подданным не следует видеть принцессу в таком состоянии.

Правильно было притащить Лорнота во дворец и устроить показательный суд. Но мне нужны были ответы на вопросы, а не театральное шоу для придворных. А во дворце комендант не скажет мне того, что я хочу услышать.

Не доживет.

И мы неслись по еще спящему Ирониуму, а я прокручивала в голове разговор с кочевниками, ища хоть какую-то зацепку — кто же эти тайные благодетели, что отсыпали им алрос от щедрот душевных? Искала и ничего не могла найти. И это было плохо, очень плохо. Ведь чтобы поймать еще таких же кочевников, возможно придется положить немало своих людей.

Лорнот нас не ждал. Точнее, он ждал гвардию, чтобы, как положено государственному служащему, явиться пред очи монарха для выяснения обстоятельств.

А потому, когда я с пинка вошла в его кабинет, комендант с перекошенным от ужаса лицом пил вонючий виски. В помещении стойко пахло керосином — такого скверного качества был напиток.

— У тебя два варианта, — без предисловия проговорила я, встав перед рабочим столом мужчины, за которым тот безуспешно пытался напиться. — Или ты говоришь все сам. Или тебе помогут."

"— Я не знаю, кто это сделал! — воскликнул комендант.