Его темная целительница (СИ)

– И я вместе с тобой!

– Какие еще будут указания, господин? – спросил тень, будто сухие осенние листья прошуршали. Вместо ответа Валетайн махнул рукой, и тень испарился.

– Ну зачем ты так? – нахмурилась я.

– Николетта, он – демон, – серьезным тоном проговорил Валентайн. – Его нельзя жалеть, ему нельзя сочувствовать и испытывать эмоций к нему тоже нельзя.

Я промолчала. Демон, не демон, а доброе слово и кошке приятно.

49

– Кто бы говорил вообще, – буркнула я.

Валентайн сверкнул глазами, и крыло в моей руке растаяло голубоватой дымкой.

– Я – человек, светлая. Мне просто очень не повезло с даром и амбициями. И поверь, я бы дорого заплатил за то, чтобы найти способ избавиться от хвоста.

– Да ладно, у тебя очень симпатичный хвостик, – невозмутимо ответила я, – а вот с чешуей определенно надо что-то делать.

Темный поднял глаза к звездам и пробормотал:

– Где же я успел так нагрешить?

– Потом помолишься, идем. Я хочу убраться отсюда как можно быстрее и как можно дальше, – сказала я, решительно направляясь в сторону города.

– Безбожница! – патетично воскликнул Валентайн, но пошел следом.

Еще с периода моей жизни тут Детрим на ночь закрывал все ворота, кроме центральных и тайных. На первых стояли бравые ребята из городской стражи, на вторых не менее бравые ребята от ночного хозяина города. Собственно, я очень надеялась пройти без проблем через первые ворота, тихонечко прошмыгнуть по городу и нырнуть в телепорт.

Но, как говорится, мечтать не вредно. В центральных воротах набилась дюжина разодетых всадников, и все на очень повышенных тонах выясняли отношения со стражей.

Валентайн витиевато, можно сказать, даже изысканно выматерился.

– Знакомые? – флегматично спросила я.

– Хуже! Родственники!

Я чуть не рванула к воротам, в надежде рассмотреть гербы, но была безжалостно схвачена за шиворот.

– Даже не надейся, – безапелляционно произнес Валентайн.

– Да я одним глазком!"

"– Без шансов, светлая.

Я еще потрепыхалась для верности, но шансов действительно не было: Валентайн держал мертвой хваткой и скорее мое многострадальное платье бы подралось, чем он выпустил меня.

– Ладно, – нехотя согласилась я, – и что ты предлагаешь, ждать, пока они друг другу распишутся на лицах, и мы сможем перешагнуть бесчувственные тела и войти в город?

– Еще чего, – поморщился Валентайн.

И снова этот жуткий, пугающий тон:

– Индарг.

Рядом возник уже знакомый и практически родной тень.

– В городе еще есть открытые ворота? – спросил парень.