Его невинная заложница

— Ты уверен, что она все сделала правильно? — спрашивает кто-то из толпы, и я вижу, как лицо Ровного напрягается.

— Если ты… — он делает выпад в мою сторону, но договорить ему не позволяет Арман.

— Она все сделала правильно, — резко говорит он. — Все свободны.

— Но Арман, — вдруг возражает Дикий.

— Свободны, я сказал. Врач прибудет, потом поговорим.

Голос Армана звучит едва слышно, но все подчиняются. Парни расходятся, Дикий и Ровный теряются где-то по периметру, а я не знаю, что делать. Так и стою рядом со столами и пялюсь на рану, потому что ничего другого придумать не могу.

— Мне уйти? — тихо спрашиваю я.

— Нет, тебе остаться, — едва слышно говорит он. — Расскажи, откуда у простой официантки из “Ночной бабочки” вдруг медицинское образование.



Глава 12

Я прокололась?

Я так устала от этого. Сказать не то, сделать не то, заслужить наказание…

Я на мгновение прикрываю глаза, но выдохнуть полной грудью не выходит. Я знаю, что Арман сейчас смотрит на меня, и, наверное, видит, что я совершенно потеряна.

— Ты бледный, — произношу невпопад.

Сама не знаю, что несу из-за нервов. Но Армана непривычно видеть таким. Усталость смыла звериный оскал с его лица, и он кажется мягче и уязвимее. Напоминает живого человека. В этот момент намного проще поверить, что он действительно может что-то чувствовать, а не только отдавать приказы и, как животное, жить одними инстинктами.

— Тебе нужно обезболивающее. Я могу поискать, мне же нашли мазь…

В его глазах полыхают искры злости. Арман резко поднимает корпус, а я вместо того, чтобы отпрянуть от греха подальше, обхватываю его плечо и помогаю ему сесть. Его ведет вперед ярость, но ему же больно, я вижу по его лицу, и поэтому помогаю, чтобы он меньше тревожил рану. Потом правда замираю и сжимаюсь, ожидая вспышки мужской силы. Он не будет меня бить, но может зажать ладонями как стальными канатами.

— Я должна была ответить на твой вопрос, — я киваю как заведенная. — Я знаю, знаю…

Я вздрагиваю от его прикосновения. Арман накрывает мою ладонь пальцами, которую я забыла на его плече. Я так испугалась, что не одернула ее вовремя. Я жду, что он сейчас хлестко оттолкнет меня, но Арман задерживается пальцами на моей руке.

Не сжимает, а словно сам привыкает, что вот так дотронулся до меня.