Его невинная заложница

 — Просто делай, как я говорю, и никто не попадет в беду.

Он сам берется за ручку турки, пренебрегая прихваткой, и наливает напиток в чашку. Я же отступаю в сторону, когда он наклоняется за ней, чтобы не соприкоснуться с Дитмаром телами. От него идет тяжелая мрачная энергетика, которая продавливает тебя, хочешь ты этого или нет. Не представляю, как Яна ходила на встречи с ним, зная, что должна подставить его. Она совсем бесстрашная? Или угрозы были столь ужасные?

— Как я вовремя, — хриплый голос Армана раздается сзади.

"Я оборачиваюсь и ловлю его острый взгляд, хотя он оттаивает на минуту, когда Арман замечает, что на мне его рубашка. Ему это нравится, но еще больше ему нравится перспектива получить завтрак.

— Зиновий звонил из Северного, — бросает ему Дитмар, отходя с кофе к столу. — Он даст нам людей при условии, что мы подарим ему клуб и склад Стаса, когда свалим того.

— И много людей он даст? Зиновий жадный мужик, я с ним пару раз уже имел дело.

— С моими может хватить, — с усмешкой кивает Дитмар.

Я почему-то напрягаюсь при этих словах. Срабатывает интуиция.

— Чтобы нам хватило людей, — продолжает Дитмар, — нужно выманить Стаса из его укрытия. Штурмовать его клубы или резиденцию — херовая затея, а вот поманить его чем-нибудь в другое место…

Я оборачиваюсь и смотрю на Дитмара, ожидая, когда он договорит.

— Вернее, кем-нибудь, — заключает он.

Глава 52

— Предлагаешь выманить Стаса кем-то из них? — сухо говорит Арман. — И кем же?

В его голосе сквозит насмешка над братом, потому что он не готов отдать меня, но ему жутко интересно, сможет ли его брат пожертвовать Яной.

— А разве есть варианты? — он отпивает кофе с чашки и ставит ту на подоконник, рядом с пистолетом.

Смотрит на Армана из-под густых ресниц и ждет его ответа. Я же молча стою и изучаю этого мужчину. Он не такой прямой, как Арман, больше скрывает, но оно и понятно: он видит меня второй раз в жизни, а ему предстоит выкладывать все карты только потому, что я с его братом. Еще он четко контролирует эмоции. Я помню, как они предавали Армана, как он делал больше, чем должен был, как проявлял эмоции.