Его невинная малышка

Если меня поймают, отец все поймет и… Это будет конец!

Стук в дверь отрывает меня от волнения и раздумий. Я не успеваю ответить, дать разрешение войти, как в комнате сразу появляется Аня.

– Прости. – Ее взгляд виноватый, глаза заплаканные. – Я не хотела тебя выдавать. Надеялась, это поможет Марку, остановит его и заставит задуматься…

– Над чем? – холодно, скрестив руки на груди. Больше я никому не верила.

– Что он теряет дочь, – мягко. – Я вижу, что он тебя любит, но это все… Не сердись на него.

– За то, что он хочет убить моего ребенка? Мне не сердиться? – срываюсь, выдавая себя.

– Но… Я думала, ты сама не хочешь его…

– Я еще не знаю, чего хочу! Мне не дали даже пяти минут подумать, принять случившееся и решить, что делать дальше. Все решили за меня!

– Тогда откажись от аборта! – просит она. – Ты ведь понимаешь, что потом ты можешь уже не забеременеть… Как я…

– Что? – ошеломленно.

– Да, до Марка у меня были отношения. Богатый, красивый, успешный, властный… А я девчонка модельной внешности… Он пользовался мной несколько лет.

– Мне очень жаль. Тебе нужно поговорить с ним, все рассказать… – советую.

– Сейчас это невозможно. Я люблю Марка, но в последнее время он словно обезумел! Мне надоела эта постоянная полная боеготовность, война и опасность…

Ему просто не до Ани, а женщине нужна поддержка, тем более в такой трудный момент.

– Может, еще не все потеряно? Ну, лечение, ЭКО и прочее…

– Хотелось бы верить…

– Так ты не проверялась? – уточняю.

– Пять лет назад была в одной больнице, где мне дали неутешительный прогноз. Вот и все. Поэтому подумай хорошо… Будешь ты с этим Арном или нет, но малыш твой. А Марк… С ним будет сложно, но я поддержу тебя!

– Я уже подумала и все решила, – отвечаю, пряча взгляд, отворачиваясь к окну.

Мне было страшно говорить ей о своих планах, пусть она и доверила мне свою тайну.

Аня уходит, не скрывая своего огорчения, а я отыскиваю листок и ручку, решая написать отцу письмо. Начинаю с его имени, потом зачеркиваю и вывожу дрожащей рукой «папа»… Впервые.

«Марк… Папа, прости, что сообщаю все на листке, но я так и не смогла тебе поверить. Ты уже не тот, кем некогда запомнился мне.