Единственный

— Алихан разозлится, — предупредила моя сопровождающая, заметив, что я собираюсь расплачиваться своей картой, а не той, которая принадлежит холдингу Шахмаз.

— Ни разу не видела, как он злится. Получу новые впечатления, — с напускной беззаботностью ответила я.

Правда, вся моя показная расслабленность быстро испарилась. Вместе с отказом в проведении операции.

— Сожалею, но эта карта заблокирована, — оповестил кассир.

Протянула другую. И снова раздался противный писк, вместо оплаты, вынудив меня помрачнеть и озадачиться.

— А на этой — недостаточно средств, госпожа, — услышала, мысленно проклиная… ещё не решила, кого именно.

И если первая поданная мной карта была открыта на имя отца, а я выступала в качестве доверительного лица, имеющего полный официальный доступ к счёту, то вторая — моя личная, со всеми сбережениями, что я успела накопить за последние два года, папа часто переводил мне деньги, особенно будучи в разъездах, на карманные расходы, и я всегда старалась тратиться по минимуму.

— Bordel de merde.

Слова повежливее никак не подбирались.

— Что, простите? — непонимающе уставился на меня кассир, а вместе с ним и Лали.

— Произошла какая-то ошибка, — улыбнулась я натянуто.

Из всех вариантов при себе оставались наличные, но их было не так много, и если потрачу, то потом, в случае необходимости, останусь ни с чем.

Паршивая дилемма…

Сохранить жалкие остатки гордости или же прогнуться под обстоятельства?"

"И да, я всё-таки дрянь, подвид — меркантильная, поскольку после недолгих размышлений под внимательным взглядом Лали, между тем, чтобы изображать независимость перед Алиханом и возможностью получить высшее образование, я сделала выбор в пользу последнего.

Скрипя сердцем, расплатилась средствами мужа.

А ещё вспомнила о том, что вчера никаких проблем с оплатой и блокировкой не возникло. Как и не сумела понять, куда делись деньги с моего личного счёта. О том я думала ещё довольно долгое время, попутно занимая руки тем, чтобы разобраться в своём новом телефоне.