Единственный

Теперь я — Шахмаз, — откликнулась Аида.

Собеседник возмущённо округлил глаза.

— Но это же… — так и не договорил.

— Её билет в свободную жизнь? — послышалось со стороны другого входа в гостиную.

От моей матери. Насмешливое. И слегка раздражённое.

— Я не это хотел сказать, — оправдался мужчина.

Он явно собирался добавить что-то ещё, однако ей одного взгляда хватило, чтоб адвокат и не думал больше открывать рот.

— Но смысл заключался именно в этом, вы правы, госпожа Ирем, — произнесла за него Ясмина, растеряв весь свой печальный облик.

Теперь смотрела прямо, с бесстрастной маской на лице. На мою мать. И даже позу её отзеркалила.

— Я всегда права, — отозвалась старшая из Шахмаз.

Прозвучало довольно высокомерно.

— А вы — что, расстроились? — добавила она снисходительным тоном, обратившись непосредственно к пожилой женщине. — Вы ведь к нам именно за этим приехали, верно? — уточнила, но в ответе не нуждалась. — Забрать свою подопечную и сосватать её за кого-нибудь другую, более выгодную партию? — улыбнулась ласково, хотя в глазах царила лютая Арктика.

Ни единый мускул не дрогнул на лице Ясмины.

— Ну, что вы, — протянула ответно женщина. — Я всего лишь хотела, чтобы у моей подопечной был шанс выбрать, какую жизнь она желает, а не быть жертвой обстоятельств, — обернулась ко мне. — Но, как вижу, он ей был совсем не нужен. Она уже выбрала.

Мои юристы — они всегда ребята сообразительные. Моментально засобирались, почуяв заискрившее напряжение.

— Да, я выбрала, — попыталась сгладить течение разговора Аида.

Но куда ей…

— Возможно, вы были недостаточно убедительны? Знаете ли, молодые — они такие, сплошной ветер в голове, сегодня — люблю, не могу, а завтра — раз и сбежал к другой… то есть сбежала к другому, — совершенно не обратила внимание на слова своей невестки госпожа Ирем.

— Особенно, если они взбалмошные и заносчивые, этакие нарциссы, — покивала со знающим видом Ясмина. — Тут главное, чтоб потом другие не расплачивались за их грехи, — добавила многозначительно.

— Ну, почему же? — усмехнулась встречно мама. — У каждого поступка есть свои последствия. Разве нет?

— Ну, вам виднее. Вы же всегда всё знаете и правота на вашей стороне, — заметила собеседница.

— Именно. Так что не вижу смысла в этом разговоре.

— Не я его начала. Вы сами подняли эту тему, — упрямо вздёрнула подбородок Ясмина. — Но про последствия вы верно подметили. Очень верно.

Аида тоскливо вздохнула.