Единственный

И от себя ещё впечатлений добавила:

— Вчера — Метин Акалы, а завтра ещё какой-нибудь мудак на горизонте нарисуется? Алихану теперь каждому встречному морду бить? А нам так и ходить и оглядываться что ли всю жизнь? Элиф ведь и чего похуже вытворить может, кто ж её знает, у неё походу крыша поехала, раз она на такое осмелилась, и даже не скрывает, что это только начало! — припечатала она в конце своей пламенной речи.

Свекровь… поморщилась. Двумя пальцами потёрла виски.

— Не выражайся. Я тебя совсем не так воспитывала, — вздохнула.

Я же в напряжении ждала её дальнейшей реакции — моего приговора на ближайшее будущее. А свекровь, как назло, всё молчала и молчала.

— Госпожа Ирем, я знаю, что вы не в восторге от меня, и… — не выдержала я.

И была остановлена взмахом ладони в воздухе.

— Как бы я к тебе не относилась, но причинять вред своему сыну не позволю. Как и позорить мою семью, — выдала мрачно женщина. — Хорошо. Я вас услышала. Разберусь, можете не сомневаться.

Я ослышалась?

Лишь бы челюсть оставалась на месте, не отпала…

Можно ли ей было верить?

Не уверена…

Но не послала — и то вперёд.

А вечером Алихан вернётся…

— И что, и всё? — в отличие от меня, оставалась совсем недовольна услышанным Лали.

— А что ты от меня хочешь? Я прямо сейчас должна всё это уладить? — удивлённо отозвалась свекровь.

— А чего ждать? — возмущённо округлила глаза Лали.

Взглянув на меня, госпожа Ирем снова поморщилась.

— Свалилась же такая беда нам на голову… — проворчала и потянулась к стационарному телефону.

Нужный номер она нашла в записной книжке.

— Где телефон, по которому с тобой связывалась Элиф? — уточнила у меня.

— В спальне оставила. Наверху, — а сама затаила дыхание.

Неужели в самом деле станет помогать?

Как оказалось чуть позже, в самом деле…

— Господин прокурор, доброго вам дня, — набрала чей-то номер госпожа Ирем и вмиг изменилась, даже на лице отразилась вполне искренняя дружелюбная улыбка. — Как вы поживаете? Как ваше здоровье? Да-да, Пелин ещё у меня, сами знаете, наши дела иногда затягиваются, столько всего надо учесть…"

"Далее следовало несколько минут её терпеливо молчания, пока абонент разглагольствования на тему себя любимого.

— Я даже не знаю, как вам сказать. Тема довольно деликатная, надеюсь, вы сможете мне помочь, потому что только вам я могу довериться, — выдала пафосно и вместе с тем профессионально жалостливо госпожа Шахмаз.

Господин прокурор, имени которого я не знала, тут же заверил женщину, что весь во внимании.