Соавторы

Сама не звонила, от встреч под разными предлогами уклонялась и так далее.

- Леша, вот как это может быть, чтобы у молодой женщины не было подруг, а? Ну хотя бы одной-единственной. Ведь эта Щеткина не москвичка, у нее здесь нет родственников, ей должно было быть очень одиноко.

Как ты думаешь?

- Я думаю, что не мешало бы тебе на себя посмотреть, - философски заметил Чистяков, крепко держа жену под руку. - У тебя самой много подруг? Что-то я ни одной не заметил.

- Леш, ты не сравнивай, - горячо возразила Настя.

- Во-первых, у меня есть ты, и уже почти тридцать лет ты для меня и муж, и друг, и подружка. Во-вторых, у меня на работе есть Коротков, с которым я тоже могу обсуждать все, что угодно. И в-третьих, у меня есть сама работа, которая занимает не только время, но и голову, и эмоций на нее много требуется, так что на общение с подружками у меня просто не хватило бы ни того, ни другого, ни третьего. А у нашей Лены Щеткиной такой работы не было, и такого Чистякова, как у меня, у нее тоже не было. Как же она удовлетворяла свою потребность в общении?

- У нее могло не быть такой потребности, - пожал плечами Алексей. - Ведь что такое, по сути, личное общение? Обмен информацией, продиктованный, с одной стороны, стремлением рассказать о себе, поделиться своими переживаниями и впечатлениями, и с другой стороны, любопытством: а как у другого? Если нет любопытства, интереса к другим людям, а о себе рассказывать почему-то не хочется или нельзя, то вот тебе и образ классического одиночки.

Они, правда, чаще встречаются среди нас, грубых и неотесанных, но и среди вас, нежных и ароматных, изредка попадаются.

Настя поежилась, она вдруг почувствовала, что озябла.

- Пойдем домой, - предложила она. - Что-то холодно.

- А про девушку Лену рассказывать больше не будешь?

- Дома, - пообещала она. - В тепле и уюте.

Она любила такие длинные домашние вечера, разговоры с Лешкой, обсуждения, свои недоуменные вопросы и попытки анализа вслух, его ответы и поправки к ее рассуждениям.

Мышление у Чистякова было принципиально иным, и он почти всегда видел факты в совершенно ином свете.

- И последнее, Леш, чего я не понимаю до конца: зачем Егор Сафронов на ней женился.

- Я так чувствую, что его объяснения тебя не удовлетворили?

Настя поплотнее закуталась в одеяло, подтянула колени к животу, подгребла пуховую подушку под подбородок и скорчила рожицу.